Сорванный венец

– Не расстраивайся, брак – это дело такое. Больно только первые десять лет. Зато получишь иммунитет к пыткам.

- Малыш, а ты ещё не женат?

• Женюсь, когда ты по бабам перестанешь бегать.
• Вас бы слепить, а потом поделить, и получились бы два идеальных семьянина.

Хотелось продлить сказку. Но по опыту я знала, что чем дольше ты в сказке, тем больнее от нее отрываться.

Когда включается инстинкт толпы, мозг у людей отключается. И включить его можно только страхом за свою жизнь.

Люди всегда жили и будут жить с верой, что все грозы когда-нибудь уходят, оставляя после себя солнце, чистоту и обновление.

Поляна, стойте! Немедленно заправьте рубашку в брюки, в университете запрещено все, что ниже пояса болтается. Вы же мужчина, а не чучело.

Древностью рода не вымоешь полы и не вскопаешь огород.

Люк поднял голову, посмотрел прямо на меня.

• Как ваше здоровье, виконт? – почти ласково спросила я.

• Благодарю за заботу, Ваше Высочество. Ничего страшного.

Королева печально улыбнулась, поцеловала его в последний раз и ушла, унося с собой весь воздух, которым ему можно было дышать, и все то, ради чего это стоило бы делать.

Казалось бы, человек живёт в привычном ритме, ест, спит, встречается с друзьями и не знает, что неумолимая судьба уже включила его в свои планы и с каждым шагом он, не ведая этого , приближается к моменту, после которого его жизнь никогда не станет такой , как прежде.

Причуды аристократии. Напился вместе — уже лучший друг.

Самое забавное , что я даже не помню , как улетел с места нашего пленения . Помню только ощущение безумной легкости , я тогда еще подумал , что наконец-то умер.

Чем дольше ты в сказке, тем больнее от нее отрываться.

Раненый герой, гонщик и к тому же лорд. Что еще нужно, чтобы заставить девичьи сердца биться чаще.

Когда включается инстинкт толпы, мозг людей отключается. И включить его можно только страхом за свою жизнь.

Директора в поселке шепотом ругали и величали сатрапом, но воспитательный эффект был наглядным и быстрым. Что неудивительно, дети — практичные создания, и даже самый последний неуч между днем прополки картошки и выполнением домашнего задания выбирал учебу.

Тандаджи, как истинный тидусс, был крайне привязан к маме и настоял, чтобы она, овдовев, жила в их с супругой замечательном доме. Но две хозяйки превращали его пребывание там в ад, поэтому трудоголиком Майло был не только прирожденным, но и вынужденным.

Перед его дверью шаги замедлились , остановились... и он не знал , чего хочет больше - чтобы она открыла дверь или чтобы развернулась и ушла.