Синее пламя

– ... Ты вообще размышлял, что за глупость мы затеяли? Ведь если остановиться, не бежать, как мы, и просто подумать, то ситуация смешная до шауттов, которых можно обнаружить на дне винной бочки.
– О чем ты?
– О Тионе конечно же. Я уже говорила и снова повторю: считаешь, он нас будет ждать в Шой-ри-Тэйране с накрытым столом и в клоунском колпаке? Ни один нормальным человек, пускай он даже великий волшебник, не станет торчать в диколесье тысячу лет, ожидая, что некромант, таувин и попрыгун заглянут к нему на огонек!
– Не хочешь обсудить это с Шерон?
Сойка надула щеки:
– В принципе я обожаю расстраивать людей и портить им настроение, но буду снисходительна к девочке. Она и так много чего пережила. Но вот честно, положа руку на сердце, хоть кто-нибудь из нашей четверки думает, что мы найдем в городе эйвов хоть какое-то упоминание о нем? Не говоря уже о записке примерно такого содержания: «Дорогая Шерон и остальные, ушел в Билгам. Проживать буду в трактире «Стезя смерти», жду с нетерпением, ужин стынет. Ваш Тион».

Но и Лавиани досталась толика внимания. Какой-то пьянчуга после выступления схватил ее за задницу. Прежде чем опешившая сойка сломала ему шейные позвонки, за спиной хама возник невозмутимый Мильвио.
– Сиор ошибся, – сказал он, возвышаясь над ухажером.
Тот оценил южанина, в особенности его меч, и послушно повторил:
– Сиор о-шибся.
– И приносит даме извинения.
– Большие извинения, – согласился быстро трезвеющий человек.
– И ему надо домой.
– Очень надо, – просящим тоном сказал пойманный, точно провинившийся пес жалобно заглядывая в глаза Лавиани.
– Пшел, – смилостивилась та.