Холодные объятия

— У тебя нет причин разговаривать с ним в таком тоне.
— Ты считаешь, что нет, Лейла?
На мгновение наши взгляды встретились, и словно упала завеса. Гнев. Разочарование. Тоска. Беспомощность. Все это я увидела в его янтарных глазах.

Ты что, ходила и целовала всех подряд? Потому что если так, то я очень зол из-за того, что не попал в число счастливчиков.

— Но никто из вас не должен проболтаться, – подытожил Зейн, осуществив самый грандиозный слив информации в истории человечества и рода Стражей. 

— Боялся, что я снова брошусь на тебя? 
— Скорее, боялся, что ты этого не сделаешь, и в этом вся проблема. Я оставил тебя одну, потому что, если бы ты проснулась и попросила поцеловать тебя, во второй раз я бы уже не смог остановиться.

— Я хочу тебя так сильно, что это как голод, разъедающий меня изнутри. Он не проходит. Ты даже представить себе не можешь, черт возьми.

— Разве может быть не так с Ротом? Отвергнуть его – это все равно что перестать дышать.
— Ну, тогда получается, что я не дышу. Мы с Ротом просто друзья. 

Мы не охотимся на невинные души. Нас интересуют грешники – и, черт возьми, мы их обожаем. 

— Я верю, что ты не влипнешь ни в какие истории. Я знаю, что ты можешь о себе позаботиться. Я знаю, что ты умница. Я не собираюсь запирать тебя в комнате, чтобы ты не наделала глупостей.

Пульс бешено стучал в такт моим ругательствам, в диапазоне от о, черт побери до чтоб тебе пусто было.

— Ты не можешь…
— Не могу что, Букашка Лейла? Не могу думать о тебе? Не могу сказать тебе, что ты самая удивительная девушка, которую я когда-либо знал? Не могу перестать жить с тобой под одной крышей и притворяться, что испытываю к тебе какие-то братские чувства? Что я не могу обнять тебя? Прикоснуться к тебе? Как я убедился в последний раз, все это я могу.

Он смотрел на меня… ага, как и говорил. Живот, готовься к встрече с бабочками.

— Это не единственная причина, Лейла. Я вижу, как он смотрит на тебя.
— Не знаю, что ты там увидел.
— Зато я знаю. 
– Я точно знаю, как он на тебя смотрит, и ты тоже это знаешь. — Я знаю этот взгляд. И ты знаешь. Потому что так я смотрю на тебя.

Я без труда могла догадаться, о чем он думает, видя меня в квартире Рота, очень кстати щеголяющего с обнаженным торсом, возле его кровати, в его рубашке.

Нагнувшись, он вытащил из своих сапог пару длинных тонких орудий. Железные клинки. Я даже не догадывалась об их существовании. Ого. Подумать только, что он таскает при себе такие смертоносные штучки… да он и впрямь крутой.

О боже.
Боже правый.
Я лизнула его палец. Именно что лизнула.

Не знаю, что случилось, но меня переклинило. Обида, рожденная тем, что он от меня отказался, переросла в ярость – бешеную, ядовитую, от которой кружилась голова и хотелось блевать.

Эббот, наверное, боялся, что я выпущу крылья и улечу на свидание со своей демонической ордой.

— Я и сам не знаю, о чем думал. Обычно я не связываюсь с девственницами. С ними столько хлопот. Скажем, твоя одноклассница Ева гораздо более привлекательная и к тому же опытная в этом деле. Она все еще в городе? Как я уже сказал, мне надо было сразу подумать о том, что ты можешь влюбиться, малышка. Моя вина.

— Ты… всерьез рычишь на меня, Каменный?
— Я готов пойти и дальше.

Ты поймешь, что быть плохой – это совсем неплохо.