Слова пра паход Ігаравы

Тяжко, братья, голове без плеч, Горько телу, коль оно безглаво.

Лучше ведь убитым быть, чем пленённым быть.

Пусть начинается же песнь эта
по былинам нашего времени,
а не по замышлению Бояна.
Боян же вещий,
если хотел кому песнь воспеть,
то растекался мыслию по древу,
серым волком по земле,
сизым орлом под облаками.

Лучше ведь убитым быть, чем пленным быть.
"Ни хитрому, ни умелому, ни птице умелой суда божьего не миновать" Боян

Тогда вступил Игорь-князь в золотое стремя
и поехал по чистому полю.
Солнце ему тьмою путь заграждало,
ночь стонами грозы птиц пробудила,
свист звериный поднялся,
встрепенулся Див, кличет на вершине дерева...

борьба князей против поганых прекратилась,
ибо сказал брат брату:
"это моё и то моё же"
и стали князья про малое
"это великое" говорить,
и сами на себя крамолу ковать

хорошему господину служа, дослужиться свободы, а злому господину служа, дослужиться ещё большего рабства

ибо, господине, кому боголюбове, а мне горе лютое; кому бело-озеро, а мне оно смолы чернее; кому лаче-озеро, а мне, на нем живя, плач горький; кому новый город, а у меня в доме углы завалились, так как не расцвело счастье мое

Тяжко голове без плеч,
беда телу без головы.

Русские – Даждьбожьи внуки.

Какой раны, братья, побоится тот, кто забыл честь и богатство,
и городе Чернигова отцов золотой стол,
и своей милой, желанной прекрасной Глебовны
свычаи и обычаи?

Возлелей же князя, господине,
Сохрани на дальней стороне,
Чтоб забыла слезы я отныне,
Чтобы жив вернулся он ко мне!

Села рады,
Грады веселы

На Немиге снопы стелют головами,
молотят цепами булатными,
на току жизнь кладут,
веют душу от тела

Вступите же, господа, в золотые стремена
за обиду сего времени
за землю Русскую,
за раны Игоревы,
буйного Святославича!

Что же сотворили вы моей серебряной седине?

Рано начали вы Половецкой земле
мечами обиду творить,
а себе славы искать.
Но нечестно вы одолели,
нечестно кровь поганую пролили

Встала обида в войсках Даждьбожьего внука,
вступила девою на земле Трояню,
восплескала лебедиными крылами
на синем море у Дона;
плеская, прогнала времена обилия