Генерал Багратион

«В жизни моей я руководствовался всегда одними правилами — никогда не рассуждал по службе и исполнял приказания буквально… Знаю, что меня многие не любят, потому что я крут, — да что делать? Таким меня Бог создал! И мною круто поворачивали, а я за это остался благодарен. Мягкими французскими речами не выкуешь дело!»

Cпособность Багратиона ладить с разными — порой сложными и даже страшными — людьми есть одно из умений истинного человека общества, если это, конечно, не сопряжено с унижением и уничтожением других.

Было распространено мнение, что пуля еще может человека миновать, а госпиталь его почти всегда убивает.

“Что вы ругаетесь, ваше благородие! Грех! Сражение — святое дело, ругаться в нем — все то же, что в церкви: Бог убьет! Пропадете, да и мы с вами."

"Наступайте, ради Бога! Счастье всегда на стороне отважного. Надобно наступать. Министр сам побежал, а мне приказывает всю Россию защищать. Я не имею покою и не живу для себя. Бог свидетель, рад всё делать, но надобно иметь и совесть, и справедливость. Вы будете отходить назад, а я всё пробивайся. Вот вам моя откровенность и привязанность государю моему и Отечеству. Я вам всё рассказал, как русский русскому".

Как вспоминал участник этого перехода, «русские солдаты полюбили немецкий кофе, называя его “кава”; в простонародье он обыкновенно с примесью картофеля и цикория, подслащается же сахарной патокою; все это вместе кладут в большой железный кувшин, наливают водой и кипятят на огне». Немцев поражало, что русские просят налить кофе в суповые чашки, крошат туда хлеб и хлебают ложками, приговаривая: «Ай, брудеры… народ смышленый».

(1805 год)