Цитаты из книги Динка

Кто привык жить с хвостом, тому тяжело его бросать.

Она вдруг почувствовала себя хозяйкой всех лесов, полей и рек.

Деньги не приносят счастья.

Куда летит камень, не думаешь, а попадет в тебя - узнаешь.

Динка смотрит на сад, и каждый падающий лист представляется ей цветным флажком, взлетающим над забором...

Динка вспоминает густую сочную траву с колокольчиками, с крупными ромашками, вспоминает белые нежные кувшинки на жёлтом откосе и, протянув руку, ласково дотрагивается до сухих, мёртвых цветов. Ей не жаль уходящего лета. Пусть идёт время...

Но если виновата сама жизнь, то трудно обвинять кого-нибудь из людей.

Гости бывают разные. Динка делит их попросту на "всамделишных" и "гостиных". "Всамделишные" - это те гости, которым все радуются и жалеют, когда они начинают собираться домой; а "гостиные" - это те, которые мучают хозяев ненужными разговорами и, требуя к себе усиленного внимания, не только не вносят никакой радости в дом, а словно вбирают в себя все силы хозяев и уходят довольные собой.

Голос сказки, чередуясь с суровым голосом жизни, тихо укачивает Динку, а заодно и усыпляет сказочницу Мышку.

- Меня давно никто не ругает. Всем некогда.

"Знает один - знает один, знают два - знают двадцать два", - всегда говорит дедушка Никич, и Динка помнит его слова

Алина и Мышка усаживаются на верхней ступеньке, оставляя между собой место для мамы. Каждой хочется держать мамину руку и прижиматься головой к ее плечу, но есть еще третье место, ниже одной ступенькой; это место у маминых колен, там виднее мамино лицо, ее глаза и улыбка. Это Динкино место.

Маменька все душу в вас воспитывает... жалостливыми, добрыми людьми хочет вас сделать. Головы тоже насаждают вам книжками, разговорами. Да... А вот руки-то у вас, руки мертвые, бездельные руки, никакой в них умелости нет!

Динка усаживается на скамейку и, приткнувшись боком к сестре, наваливается на нее всей тяжестью своего крепко сбитого тела. Мышка одной рукой обнимает сестру, а другой хватается за край скамейки, чтоб не упасть. — Говори что-нибудь или пой все время, — сонным голосом просит Динка. Мышка еще крепче хватается за край скамейки и, выставив вперед одну ногу, упирается ею в землю.

Спи, милая сестрица, Так сладко, чуть дыша…

Засиделись мы с Катей в девках. Обеим уже за двадцать перевалило. Вот и таем как свечки.

С этой книги в глубоком детстве началась моя любовь к большим книгам. Ох, уж эта Динка-бунтарка, нравилась мне её смелость, тоже хотелось такой быть, но хватало только упрямства.

Книга - это большой друг. Она меня в люди вывела.