Цитаты из книги Утеха падали

-Значит, вас интересует только месть?

-Да. Так же как и вас.

Он печально покачал головой:

-Возможно, мы оба одержимы, мой друг. Но я добиваюсь справедливости, а не отмщения.

-А разве в данном случае это не одно и то же?

Психоз подобен вирусу. Он может размножаться и распространяться самопроизвольно, когда организм носителя предрасположен к его восприятию.

- У Вас честное лицо. В вашей жизни было много печали...
- У всех в жизни много печали.
- Но некоторых людей это ничему не учит. Вас, мне кажется, жизнь многому научила. Это видно по вашим глазам.
- Значит на этом мы и основываем свои суждения и само наше будущее? Судим по глазам человека?
- А почему нет? У вас есть лучший способ?
- Нет. Пожалуй, лучшего способа нет.

Все человеческие существа питаются насилием, они питаются властью над другими, но лишь немногие испытали абсолютную власть.

Так что придется нам поверить на слово малышке, что за вами гнался большой нехороший автобус, - проронил Марвин. - Она утверждает, что вы стреляли в него и попали. Может, он уполз умирать в кусты, мистер шериф?

Когда всеобъемлющая гордыня этого монстра начала сменяться неуверенностью, а неуверенность – страхом, он понял, что ему противостоят не просто несколько человек, но армии, легионы мертвых, поднимающихся из своих братских могил, чтобы в последний раз бросить ему свой вызов.

В это мгновение Сол Ласки с радостью отдал бы свою жизнь, только чтобы предупредить Арона, Джентри и Натали, но с еще большей готовностью он отдал бы все их жизни, чтобы отомстить оберсту или любому из этих надменных подонков, управлявших миром и посмеивавшихся над страданиями людей, которых они использовали как пешек.

– От всего этого можно сойти с ума.– Она все еще не смотрела на него. – Да. – Как будто он был никем, просто какой-то незаметной вещью. Вы понимаете, что я хочу сказать? – Да.

– А как вас зовут друзья и ваши близкие? – Друзья в основном обращаются ко мне «жирный». А мама звала меня Роб.

Нам нравится быть влюблёнными, потому что это единственное чувство, позволяющее людям максимально приблизиться к психологической наркомании.