Кристина

Вода камень точит, но для этого ей нужны сотни лет. Увы, люди смертны.

Знаешь, - голос понизился до тона конфиденциального сообщения, - твоё лицо и моя задница подозрительно похожи друг на друга.

Подойдя к капоту, я увидел, что тот был не заперт; и поднял крышку Раздался скрип, как в фильмах о домах с привидениями. Посыпалась металлическая пыль. Допотопный аккумулятор был весь изъеден коррозией, на клеммах нельзя было отличить плюс от минуса. Я мрачно заглянул в карбюратор: внутри он был чернее, чем угольная шахт

Люди, не имеющие определенного опыта, склонны не знать меры

Стойкость - не та школа, в которую идут добровольно.

Влюбленные далеко не всегда живут счастливо до конца своих дней, даже если поступили правильно и сделали все, что было в их силах. Мне потребовалось четыре года, чтобы это понять.

Сорок пять минут спустя она уже стояла в темноте гаража, принадлежавшего покойному Уиллу Дарнеллу, в родном двадцатом отсеке. Ветер выл и стенал среди развалюх на автомобильной свалке, ржавых туш, в каждой из которых наверняка жили собственные призраки и зловещие воспоминания. Снежные хлопья покрывали порванные сиденья и лысое напольное покрытие.
Двигатель Кристины медленно тикал, остывая.

– Арнольд Ричард Каннингем? – спросил один из полицейских.
– Да, это я, – спокойно ответил Арни. – Разве я превысил скорость?
– Нет, сынок. Но все равно у тебя впереди – одни страдания.

Двигатель Кристины вновь заглох.
В полной тишине – тиканье остывающего металла.
«Никогда не сталкивался с необъяснимым… а теперь вот столкнулся».
Он все видел.
В машине никого не было. Она приехала сама, и от нее пахло гнилой репой.
Несмотря на охвативший его ужас, Уилл уже лихорадочно соображал, какую пользу можно извлечь из новых обстоятельств.

Поймите, мне было всего семнадцать, и я пока верил, что людей иногда можно образумить.