Цитаты из книги Мир по дороге

...их лучше всяких слов исцелят отстроенные дома и супружеские объятия, призванные посрамлять смерть.

Боги создали нас, чтобы мы смотрели в небо.

Боли не надо бояться. Хотя бы потому, что этот страх, как впрочем, и всякий другой, лишен смысла. Из него ничто не вырастает, а боль придет все равно. Не пытайся от нее убежать. Потеряешь гораздо больше. Прими ее. Пусть она станет огнем, который выжигает пустые частицы, оставляя железо.

Только у нас говорят: взявший месть складывает сразу два погребальных костра.

Как у нас шутят, закон позволяет всё, если это пополнит храмовую сокровищницу или казну государя.

Но матери её дитя до седых волос кажется несмышлёнышем, только способным лепетать милые пустяки…

Я пустился в дорогу, намерившись пройти её в одиночку. Я не хотел никого рядом с собой. Зачем же я встречаю людей, и начинаю любить их, и мне больно, если они отворачиваются?..

Мы совершаем поступки и думаем, что всё останется как прежде <...> Мы ошибаемся…

Без боли не достигается возвышение. Если не истязать себя со всей лютостью, не поднимешься ни на ступень. Зато, когда напряжение духа достигает предела, Небеса отзываются и молитва двигает горы. В нас есть это знание, но оно дремлет под спудом, и мы не умеем сказать.

Волкодав поймал себя на том, что ему нравится улыбка этого парня, мягкая и немного застенчивая. Он видел такую у очень мужественных людей, не ломавшихся там, где, казалось, выстоять было невозможно.

Он так клонился в стороны и назад, что взгляд ждал падения, но парень всякий раз выправлялся. Так получается только у горьких забулдыг. А ещё – у воинов и великолепных танцоров.

Волкодав знал, что такое книги. Листы с письменами, запечатлевшими мудрость.

Где оно, такое место, где мужчина может спокойно отправиться в путь, доподлинно зная, что в его отсутствие избу не сожгут и не ограбят враги, где женщина, встретив в ночных горах чужого мужчину, радушно и безбоязненно говорит ему «здравствуй»?

Известно же: в правильном доме и кошка выходит к гостям, не опасаясь пинка

Он много раз помогал матери месить тесто и до сих пор не забыл ни ощущения живого и доброго тепла под ладонями, ни своего тогдашнего убеждения: быть такого не может, чтобы хлебопёк оказался дурным человеком.

Может, всё выяснится прямо назавтра. А может, не выяснится никогда. Мало ли чего он до конца дней своих не узнает.

Люди платят кровью своей жизни только за то, что почитают святым!

Боли не надо бояться. Хотя бы потому, что этот страх, как, впрочем, и всякий другой, лишён смысла. Из него ничто не вырастет, а боль придёт всё равно. Не пытайся от неё убежать. Потеряешь гораздо больше. Прими её. Пусть она станет огнём, который выжигает пустые частицы, оставляя железо…