Мемуари Тата Мумі-троля

было уже так поздно, что начинало становиться рано.

- Здесь так много непонятного, - прошептала про себя мама. - Но с другой стороны, почему обязательно все должно быть так, как ты привык?

— Запомни, — процедила Эмма, зажав в зубах английские булавки, — когда выходишь на сцену и говоришь, что твой сын враньём отравил свою душу, главное — не улыбаться!

• Может, поиграем? - предложила Снорочка. - Давай играть, будто я - дивная красавица и ты меня похищаешь.
  - Прости, мне что-то не хочется, - ответил Муми-тролль. У Снорочки печально поникли уши, и Муми-тролль потерся мордой о ее мордочку и сказал:
  - К тому же ты и так дивная красавица, безо всякой игры. Давай я похищу тебя завтра?

– Хватит, детки! – сказал Снусмумрик. – Ступайте домой, к мамам!
– А вдруг у них нет мам? – предположила малышка Мю.
– Но я ведь не привык возиться с малявками, – испуганно сказал Снусмумрик. – Я даже не знаю, нравятся ли они мне!
– Зато ты нравишься им, – сказала Мю и улыбнулась.

– А теперь мне снова хочется спать, – сказала малышка Мю. – Но мне больше нравится спать в карманах.
– Ладно, – сказал Снусмумрик и сунул ее в карман. – Главное то, что ты знаешь, чего хочешь.

Муми-мама кивнула. Она сидела, свесив мордочку к зеркальной глади воды, и рассматривала дно.
– Там что-то блестит, – сказала она.
– Твой золотой браслет, – ответил Муми-тролль. – Или браслет фрёкен Снорк. Хорошо я придумал?
– Очень! – ответила мама. – Теперь мы всегда будем хранить наши украшения в прозрачно-рыжеватой воде. Там они кажутся куда красивей.

Случайности и совпадения творят чудеса.

- Попугай их Моррой! - предложила она. - Так делает моя сестра.

- А ты тогда слушаешься? - спросил Снусмумрик.

- Конечно нет! - ответила Мю и так расхохоталась, что повалилась на спину.

Муми-папа обернулся к своей семье и сказал:
– Уверен, мы выберемся отсюда.
– Конечно выберемся, – ответила мама. – Я сижу здесь и жду, когда появится наш новый дом. Лишь у негодяев все плохо кончается.
– Не скажите! – воскликнул Хомса. – Я знаю негодяев, которым никогда ничего не грозит.
– Какая же должна быть скучная жизнь у этих бедняг! – удивилась мама.

Случайности и совпадения ‒ странные вещи.

Кто я такая, чтобы что-то устраивать ради меня? И уж тем более большую волну!

Театр — это самое важное в мире, потому что там показывают, какими все должны быть и какими мечтают быть, — правда, многим не хватает на это смелости, — и какие они в жизни.

Снусмумрик поднял шалаш из еловых веток и бросил его в кусты можжевельника.
– Вот так надо поступать с домом, в котором уже переночевали.

Всегда кто-то страшно кричит...

– Послушай-ка, Мюмла! – закричал Муми-папа со своей качалки. – Если ты будешь так кричать, она никогда не придет.
– Я кричу только для очистки совести, – деловито пояснила Мюмла. – Когда мама уезжала, она сказала: "Я оставляю на тебя младшую сестру. Если ты не сможешь воспитать ее, никто другой этого не сделает. Я-то отступилась от нее с самого дня ее рождения".
– Ну тогда понятно, – сказал Муми-папа. – Ори себе на здоровье, коли тебе так спокойнее.

Они все шли и шли. А дождь все лил и лил. Лесные малыши чихали, теряли башмачки и ныли, почему им не дают бутербродов. Некоторые ссорились друг с другом и вступали в драку. Один забил себе нос хвоей, другой укололся об ежа.

Последний отрезок пути они бежали. Через ручей, сквозь заросли сирени, скорее к крыльцу. Здесь они остановились и, вздохнув наконец облегченно и счастливо, постояли немного, пытаясь почувствовать, каково это – снова оказаться дома. Все было как прежде.

Правда же здорово, когда твои друзья могут заниматься тем, что им нравится?