Отзывы о книге Из огня да в полымя

Среди типажей в рассказах Чехова часто встречаются лица, которые являются типичными для любого времени. Хотя Антон Павлович описывал их 130 лет назад, они продолжают существовать в нашей российской действительности до сих пор. Возможно, они вечные. И то, как их описывал Чехов, является очень лаконичным, точным и абсолютно достоверным описанием для столь характерных персонажей. Например, регент соборной церкви, Градусов Досифей Петрович, высокий старик с узким, мало обещающим лбом, густыми бровями и с бронзовой медалькой в петлице. Этот человек не способен остановиться, когда его начинает «нести». Если он считает, что имеет право кого-то учить, наставлять, морализаторствовать, его никто не может остановить. Его реплики характерны для подобных ему «самодуров» - «Дураков нужно учить! Ежели дураков не учить, то тогда от них прохода не будет. Как же его не бить, ежели он того стоит? Подите кому другому рассказывайте, а меня не морочьте, сделайте милость. Философствовать может только образованный человек, который курс кончил, а ежели ты дурак, не высокого ума, то ты сиди себе в уголку и молчи... Молчи да слушай, как умные говорят…Свинья, одним словом. Ну и дурак, говорю... Поменьше бы ты, говорю, философию разводил да почаще бы нос утирал, так это лучше было бы, чем о чинах думать. Тебе, говорю, не чины свойственны, а убожество. …говорю деликатно: "Послушай, Осип... Ежели ты, свинья, ничего не понимаешь, то лучше молчи и не рассуждай. Образованный человек может умствовать, а ты смирись. Ты тля, пепел..." Я ему слово, он мне десять... Пошло и пошло... Я ему, конечно, на пользу, а он по глупости... Мне некогда по судам шляться... Век я не судился, судиться не буду и тебе не советую... вам то есть... Рыло ты, рыло! И тебе не стыдно? Да ну тебя к черту! И говорить с тобой не желаю! А ежели я тебя сейчас свиньей нечаянно обозвал, так ты и есть свинья... Да я бы его на вашем месте в остроге сгноил! И потом, чего вы сердитесь? Ведь я извинялся? Чего же вам от меня еще нужно? Не понимаю! Господа посетители, вы будьте свидетелями, я извинялся, а извиняться в другой раз перед каким-нибудь дураком я не намерен!» Его никто не может переубедить. Даже решение суда, вынесенное ему за оскорбление, он не воспринимает, а продолжает «нести пургу» уже на судью - «Надо, господин мировой судья, по закону судить, а не умствуя. Ваша покойная маменька, Варвара Сергеевна, дай бог ей царство небесное, таких, как Осип, сечь приказывала, а вы им поблажку даете... Что ж из этого выйдет? Вы их, шельмов, оправдаете, другой оправдает... Чувствительно вас благодарим, ваше превосходительство, за скорый и праведный суд. Конечно, на одно жалованье не проживешь, это я отлично понимаю, но извините-с, мы и неподкупный суд найдем». Только соборный настоятель знает такого рода людей – «Ничего с этим дураком не поделаешь!... Не понимает!» Я бы добавил – хоть кол на голове теши! Фраза – «…вы ему не наставление прочли. Вы, как заявляет он в своем прошении, публично тыкали на него, называли его ослом, мерзавцем и тому подобное... и даже раз подняли руку, как бы желая нанести ему оскорбление действием». Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 193

Длинноватый, но очень смешной рассказ о до безобразия упрямом, самовлюбленном и недалеком церковном регенте, который из-за своего характера вместо того, чтобы избежать одного судебного разбирательства, оказался перед лицом трех разбирательств. Но и на этом не остановился.

В настоящее время он судится за «оскорбление съезда» и слушать не хочет, когда знакомые стараются объяснить ему, что он виноват… Он убежден в своей невинности и верует, что рано или поздно ему скажут спасибо за открытые им злоупотребления. – Ничего с этим дураком не поделаешь! – говорит соборный настоятель, безнадежно помахивая рукой. – Не понимает!

Интересна история публикации рассказа. Первоначально Чехов не включил его в собрание сочинений. И только по настоянию некоторых влиятельных читателей он включил его во второй том. Благодаря этому мы и имеем возможность посмеяться над "упертым" регентом и не удивляться подобным людям, не исчезнувшим и в наше время