Ницшеанство и реализм

Нужно не забывать, что нет никакой реальной причины чего-то ожидать, в особенности от человечества.

Так как все мотивы по сути эгоистичны и низменны, то мы можем судить о поступках и свойствах только по их эффектам.

Нежелательность любой системы правления, не имеющей такого качества как доброта, очевидна, поскольку «доброта» – это сложная совокупность различных импульсов, реакций и достижений, крайне необходимых для плавной коррекции таких испорченных и странных созданий как большинство человеческих существ.

Всеобщее самоубийство – самая логичная вещь в мире; мы отвергаем его только из-за собственной примитивной трусости и детской боязни темноты. Если бы мы были здравомыслящими, то искали бы смерть – ту самую блаженную пустоту, которой мы наслаждались прежде, чем стали существовать.

Хорошо быть циником, ещё лучше быть довольным котом, а лучше всего – не существовать вовсе.

Желания и чувства человека жаждут состояний, которых нет и никогда не будет, так что тот человек мудр, кто уничтожает желания и эмоции до такой степени, которая позволяет ему презирать жизнь и насмехаться над её наивными иллюзиями и нереальными целями.

Вся человеческая жизнь утомительна, несовершенна, безрадостна и издевательски бесцельна. Так было всегда и будет всегда, поэтому тот, кто ищет рай – лишь жертва мифов или собственного воображения.

Я верю в аристократию, потому что считаю её единственным средством для создания тех достоинств, которые делают жизнь терпимой для человека-животного высокой организации.

Единственная, воспринимаемая нами как человеческими существами, шкала ценностей основана лишь на облегчении муки существования.

Мы называем вещь «хорошей», потому что она поддерживает определённые незначительные человеческие состояния, которые нам почему-то нравятся, тогда как разумно предположить, что всё человечество – это зловредный паразит, которого нужно было бы извести как крыс или комаров ради пользы планеты или вселенной.