Хаддум

Она знала, что вера должна быть в сердце, а не напоказ.

Не береди раны, иначе никогда не научишься быть счастливым, верила Большая Маамма.

«Жизнь похожа на полуденный сон — недолгий, разноцветный, жаркий, — думала Хаддум. — Она звучит смехом наших детей, она изливается слезами вслед нашим умершим родным. Она пахнет океаном, пустынным ветром, кукурузными лепешками, мятным чаем — всем, чего с собой нам не дано унести».

"Жизнь похожа на полуденный сон - недолгий, разноцветный, жаркий, - думала Хаддум. - Она звучит смехом наших детей, она изливается слезами вслед нашим умершим родным. Она пахнет океаном, пустынным ветром, кукурузными лепешками, мятным чаем - всем, что с собой нам не дано унести".

Что такое восемьдесят земных лет Старой Хаддум по сравнению с библейским возрастом Лысой горы, если не взмах прозрачного крыла стрекозы?

Не береди раны, иначе никогда не научишься быть счастливым.

... считалось, что тот, кто научится слышать свой голос среди гама, в тишине сумеет различить чужие мысли.

Хаддум махнула рукой, ушла во двор, села напротив Лысой горы. Она жила так давно, что сама ощущала себя горой. Она научилась смотреть на человеческую суету отстраненно и издалека и смирилась с ее скоротечностью.

Жизнь похожа на полуденный сон — недолгий, разноцветный, жаркий. Она звучит смехом наших детей, она изливается слезами вслед нашим ушедшим родным. Она пахнет океаном, пустынным ветром, кукурузными лепешками, мятным чаем — всем, что с собой нам не дано унести.

Хаддум очень редко разговаривала с Аллахом — старалась не беспокоить Его по пустякам. Расстраивалась, наблюдая безмерную суету, которую развели вокруг Него глупые люди.