Arsène Lupin and La Cagliostro's Revenge

Уважаемые дамы и господа присяжные!

Мы продолжаем наше слушание с целью убедить вас в том, что Рауль Д'Андрези (в данном романе сменивший фамилию на Д'Аверни, однако правосудие не проведёшь) и Морис Леблан воспользовались именем Арсена Люпена, чтобы продать историю, к нему никакого отношения не имеющую.

Здесь заметание следов, мы признаём, было проведено с куда большей тщательностью. Имя Арсена Люпена упоминается с куда большей частотой, а кроме того, здесь есть отсылки к его предыдущим приключениям. Да и более того, книга прямо начинается с того, что знаменитый вор… собственно говоря, вознамерился совершить ограбление. Весьма затратным, долгим и нелогичным способом, тогда как раньше он всегда действовал быстро и остроумно, ну да спишем это на возрастную сентиментальность. И обвинение поначалу тоже было одурачено. Но к концу истории у нас появился вопрос, ответ на который и выявляет вину Д’Андрези и Леблана.

Вопрос следующий: зачем этой истории Арсен Люпен? Большинство глав написаны про совершенно других персонажей, которые занимаются своими делами. Совершено два убийства и нападение, и с ними приходится иметь дело Роланде, Джерому и Фелисьену (приносим извинения за возможные искажения имён – обвинение не сильно в транскрибировании французских имён с английского). Было ли это просто ограбление, которое действительно случайно переросло в убийство, или же истинный убийца ушёл от правосудия? Был ли грабитель один или ему помогали? И если у него действительно сообщник, то кем и почему он был ранен? Как он связан с нанятым Раулем Фелисьеном? Почему Роланда так легко и быстро объявляет о помолвке после трагедии в семье? Какую роль в этой драме играет красавица Фаустина..? Почти на все эти вопросы отвечает сам Рауль, но как выясняется позднее, это не имеет никакого значения. Приготовьтесь слышать эту фразу снова и снова.

Именно это и является главной уликой обвинения: человек, называющий себя Арсеном Люпеном, вообще не влияет на сюжет. Если его убрать из истории, пара моментов, возможно, пойдёт немного по-другому, но в общей линии не изменится совершенно ничего. Он здесь как будто призрак автора-рассказчика, которого видят, слышат и осязают персонажи, но которому Провидение не дозволяет вмешиваться. Да-да, Рауль выполняет функции именно автора: он следит за другими персонажами, подслушивает их разговоры, описывает их действия, рассуждает об их эмоциях и мотивах… Теперь обвинение задумывается, причастен ли Рауль Д’Андрези к «Мести графини Калиостро». Не действовал ли Морис Леблан в одиночку, выдав себя за Рауля..?

Просто в порядке иллюстрации бесполезности Рауля для сюжета. В какой-то момент он оглушил и связал одного из подозреваемых, а затем отправился подслушивать разговор других персонажей. И что же он видит? Тот самый оглушённый и связанный персонаж явился на встречу как ни в чём не бывало! И другие персонажи сами разобрались с преступлениями! Произошло бы такое, будь Рауль Арсеном Люпеном, который действительно фигурировал в истории изначально? Конечно же, нет.

А как же графиня Калиостро? В чём её заявленная месть? Справедливости ради, Люпен-самозванец ещё в предисловии пишет о том, что самой графини Калиостро в истории нет, так что, история не медлит с разочарованием читателя. Месть же её настолько нелепая – не по замыслу, который был воистину дьявольский, а по реализации, - что мы предпочтём о ней вовсе не упоминать. Пожалуй, ей тоже следует подать в суд за опороченное имя – вот уж кем-кем, а нелепой и глупой женщиной графиня Калиостро точно никогда не была, и её имя здесь тоже используется исключительно ради роста продаж.

И как отягчающее обстоятельство следует упомянуть банальность развязки. Преступником оказывается именно тот, кто по всей логике должен им быть, именно по тем мотивам, которые являются самыми очевидными. Примитивные мотивы необязательно плохи сами по себе – Агата Кристи, например, блестяще умела их обыгрывать, а точнее – ожидания читателя, который думает, что не может всё оказаться настолько просто. Но здесь нет никакого остроумия, это просто очень предсказуемая и неудовлетворительная развязка, тем более что подозреваемых, по факту, не так много. Здесь не было безумия и страсти, присущих историям про Арсена Люпена. Даже так: здесь не было вообще ничего из историй про Арсена Люпена, если не считать его любви к молодым красивым женщинам.

В свете изложенного и представленных улик обвинение заключает: ни «Графиня Калиостро», ни «Месть графини Калиостро» не были написаны про Арсена Люпена. Упомянём также и то, что правосудию уже были известны подобные «подлоги» со стороны Леблана – широко известно, что он при переиздании включил Люпена как минимум в две ранее опубликованные истории (L'Éclat d'obus и Le Pardessus d'Arsène Lupin (оригинальное название - Dent d'Hercule Petitgris)), где изначально его не было. А в «Острове тридцати гробов» Люпен и вовсе говорит, обращаясь к собаке:

…будь я романистом и реши я рассказать историю острова Тридцати Гробов, меня бы меньше всего заботила жуткая правда и я отвёл бы тебе гораздо более значительную роль. Я выгнал бы прочь этого зануду и краснобая дона Луиса [псевдоним Арсена Люпена], а тебя сделал бы молчаливым и неустрашимым спасителем. Ты боролся бы с этим страшным чудовищем, расстроил бы все его планы и в конце концов… сделал бы так, чтобы порок был наказан, а добро торжествовало.

Не кажется ли вам, дамы и господа присяжные, что перед нами – признание обвиняемого?

Итак, в этих двух романах имя благородного грабителя, а в «Мести графини Калиостро» и он сам, было втиснуто в сюжет исключительно из корыстных интересов господ Мориса Леблана и Рауля Д’Андрези. Причём «Месть графини Калиостро» виновна ещё и в том, что это довольно скучная история, где Люпен-самозванец, если честно, только мешался. Даже он сам восклицает ближе к концу, что ничего не знает о тех персонажах, что его окружают, - об их характере и мышлении. Почему так вышло? Да потому, что мы следили за более «именитым», но куда менее значимым в повествовании персонажем, вместо того чтобы наблюдать за действительно главными действующими лицами. При этом он занимался исключительно личными делами, что было бы интересно в настоящей истории про настоящего Люпена, но здесь они тоже в итоге не имеют никакого значения и вообще никак его жизнь не изменяют.

Добавим, что «Месть графини Калиостро» можно смело пропускать, даже если вам очень понравилась, как обвинению, «Графиня Калиостро». Она не похожа на предшественницу ни стилем, ни сюжетом, ни персонажами, ни атмосферой, и всё, что она делает, - это оскорбляет графиню Калиостро и выставляет Арсена Люпена хладнокровной бестолочью.