Превратности любви

Соланж казалась женщиной, которая померялась силами с жизнью и одолела ее.

Я люблю в других ту крохотную частицу тебя, которая в них содержится.

Совершенной любви нет, как нет совершенного правительства, и оппортунизм сердца – единственная мудрость в области чувств. Главное, не надо останавливаться на какой-то надуманной, полюбившейся нам позиции. Наши чувства зачастую не что иное, как застывшие слепки с наших чувств.

жизнь – довольно любопытное представление, пока мы еще очень молоды. Когда же приближаешься, подобно мне, к сорока, когда обнаруживаешь суфлера, узнаешь нравы актеров, постигаешь механизм интриги – тогда хочется уйти прочь.

Думаю, что измениться можно всегда, стоит только сильно захотеть.

... разлука придаёт женщине величайшее могущество, что вдали от человека мы забываем его недостатки, его причуды, что тогда мы обнаруживаем, как много ценного, необходимого привносит он в нашу жизнь, - чего мы не замечали только потому, что были слишком тесно связаны с ним.

- Надо быть снисходительней. Многим женщинам живётся очень тяжело.
- Им живётся тяжело по собственной вине. Они воображают, что, если не создадут вокруг себя атмосферы таинственности, им станет скучно... Это неверно; прелесть жизни не в мелких, пустых интригах... Нет необходимости вечно забавляться игрою в чувства...

Мы почти всегда сами кузнецы своего несчастья.

Ум женщины состоит из напластований, оставленных мужчинами, которые любили её; точно так же во вкусах мужчины сохраняются населенные смутные образы женщин, встреченных им в жизни, и нередко жестокие страдания, причинённые нам одной из них, вызывают любовь к нам другой женщины и становятся причиной её несчастий.

Прелесть новых встреч в том и состоит, что мы надеемся преобразить в глазах незнакомых людей наше прошлое, которое должно было быть совсем иным, - преобразить, опровергнув его.

"Наше время жаждет нежности и любви. Под напускным цинизмом оно прячет тоску по настоящим чувствам".

- А открытие памятника, господин губернатор? - напомнил чиновник.

• Мы займемся мертвыми, когда обеспечим безопасность живых, - сказал