Пленники Раздора

Жизнь тем сильнее бьёт, чем сильнее ей упрямишься.

Я думала, что настоящая любовь не может быть такой сложной.

Любая боль рано или поздно перестает мучить из оборота в оборот. Не проходит, не становится слабее. Делается привычной. С ней смиряешься, и оттого кажется, что болит, как будто меньше.

Время — диковинная величина. То едва ползет оно, то вскачь несется, то неспешно течёт, а то замирает и, кажется, будто застыло навсегда. Или, бывает, для тебя миг тянется и длится, а для другого кого — пролетает быстрее птицы.

Он силился уразуметь, почему так спокоен. И в этот миг внезапно для себя постиг ответ: у  каждого человека должно быть то, ради чего стоит жить, то, что страшно потерять. Ведь ежели не стоит за душой страх потери, то никаких других страхов в ней не остаётся вовсе. Клесх давно уже всё потерял. Потому ничего не боялся.

Велеш повернулся к другу и сказал с восхищением:
– Красивая какая! Тебе вот обед в корзинке носит, а мне не дозволила себя даже до поварни проводить.
Ратоборец кивнул.
– Она с характером.
Колдун хмыкнул.
– А не из-за неё ли Нурлиса тебя козлом безногим называет?
– Чего?
Будь у Фебра обе ноги целы, вскочил бы как ужаленный, а так лишь подпрыгнул слегка.

Глава дуболомов высечь велел, а потом накрутить таких железок два мешка. Вот и крутят без сна и отдыха. Хотя какой им отдых? Всё одно на задницы присесть не могут!

Кто жизнью изуродован, цену состраданиям знает.

Он не мог ей помочь. Лишь крепко стискивал и в душе молился неведомо кому, чтобы она не затихла, чтобы дышала, смотрела на него, звала...
И она звала. И смотрела. И умирала снова. И он умирал вместе с ней.

А я, например, буду хорошим мужем.
— Чего-о-о? — обережница даже растерялась от такой дерзости.
— А что? Сама посуди — днем я сплю. Жену не донимаю. Ночью, когда мужик всего нужнее — я в самой силе. Опять же места в избе мне много не надо. Могу и в конуре спать. А ежели на цепь пристегивать, так и гулять не стану. Буду верным. И всегда рядом. В мороз об меня греться можно. А коли вычесывать, так ещёи носков навяжешь. Я — подарок...