Цитаты из книги Орлеанская девственница

Иному церковь строится до смерти, А здесь его поджаривают черти. Другого же осудить целый свет, А он в раю, где воздыханий нет.

Царица Глупость властвует страною: Ребенок старый с бородой седою, Кося и, как Данте, разинув рот, Гремушкой вместо скипетра трясет

Конде великий был разбит Тюренном, Виллар бежал с позором несомненным, И, Станислава доблестный оплот, Солдат венчанный, шведский Дон-Кихот, Средь смельчаков смельчак необычайный, Не уступил ли северный король Сопернику, презренному дотоль, Победный лавр во глубине Украйны?

Клянусь, я превзойду твои мечты: Клянусь тебе моей чудесной силой, Моим мечом и девственностью милой, Что будешь в Реймсе коронован ты

Выходят, меховым кичась убором, Ученые, в руке их Гиппократ, Колпак на голове; они глядят На девушку, открытую их взорам Совсем нагой, и господин декан, Вотще искав какой-нибудь изъян, Вручает миловидной внучке Евы Пергаментный патент на званье девы

Ты хочешь знать, кем был осел тот странный, Подставивший крестец свой для Иоанны? Об этом я потом упомяну, Пока же я тебя предупреждаю, Что тот осел довольно близок к раю

Или, скорей, так швейка молодая, Которую природа с юных лет Готовила в бордель или в балет, Которую кормила мать простая Для счастья с мужиком в тиши пустынь, — Когда ее Амур, везде порхая, Кладет под короля, меж двух простынь, Меняется в манерах и в походке, На всех теперь лишь свысока глядит, И в голосе слышны другие нотки, И – впору королеве – ум развит

Вельможи, ратной доблести полны, Советники – седые болтуны, По-разному неся свои печали, «Что делать?» – поминутно восклицали

Святой Денис – патрон французских ратей, Каким был Марс для римских городов, Паллада – для афинских мудрецов. Но надобно не смешивать понятий: Один угодник стоит всех богов

Кровь проливает, присуждает к платам, Мать с дочерью шлет на позор к солдатам, Монахинь поруганью предает, У бернардинцев их мускаты пьет, Из золота святых монету бьет И, не стесняясь ни Христа, ни Девы, Господни храмы превращает в хлевы

Пищеваренье к ночи их готовит; Рассказывают, шутят и злословят, Под чтение Аленовых стихов Дивятся на сорбонских докторов, На попугаев, обезьян, шутов

Не ведать ничего – удел мужей.

Но если б я прелестницу любил, Я с нею никогда б не расставался, Чтоб праздником день каждый начинался, Чтоб вечно новым этот праздник был, Поддерживая в ней любовный пыл.

Затем архангел следом за собою Велит лететь смирившимся святым В цветущий рай дорогой голубою, Где сладостный нектар готовят им

Да если б даже вы и согрешили, Вы жить должны, чтоб грех ваш искупить. Подумайте, зачем вам жизнь губить. Вы злого ничего не совершили.

Нам добродетель нравится; но все же И к прежнему занятью тянет тоже

Все женщины равно годятся мне: Худа, толста, испанка, англичанка, Магометанка или христианка — Различья их я утоплю в вине!

О чудное подобие творца, Так, значит, вот ты каково с лица!

По счастью, некий очутился тут Потомок Исааков и Иуд, Обрезанного люда украшенье, Всегда готовый сделать одолженье