Цитаты из книги Фреска

ведь не мужчина же она в конце концов, ну вышла бы замуж за какого-нибудь священника или за кого другого по собственному выбору, почему ей втемяшилось в голову стать именно художницей?

С детских лет она отличалась такой необузданностью, что любое скажи о ней, поверят чему угодно.

Янка или Аннушка вольны были ходить в заплатанных башмаках, но Арпаду покупались новые. «Сирота», – кратко изрекал Папа, сводя воедино все доводы.

мало чего хорошего можно сказать о Мамочке, а плохое кто же станет поминать у могилы!

Уж если ему удалось втереть очки этой Жофи, председателю профсоюзной организации – недоверчивой девице, которая зимой носит черные чулки в резинку и чувство юмора в ней развито не больше, чем у курицы, – то он сумеет убедить и остальных своих коллег.

Папочка никогда не разрешал детям читать классиков в подлиннике и, если только удавалось раздобыть детское издание классических произведений, подсовывал им эту пресную жвачку.

идеальный священник, от собственной проповеди способен расчувствоваться и пустить слезу.

Автобиографии сочиняются по такому же принципу, как траурные объявления или адаптированные издания для детей.

мать у него как по заказу, и сочинять ничего не требуется. Точно заранее знала, что сейчас она ему пригодится: полуграмотная баба из неимущих крестьян.

Имеет смысл объявлять себя коммунистом, только если ты способен смотреть на происходящее со стороны и ко всему относиться с юмором.

Государству и в самом деле не мешало бы принять в расчет, что старухе-пенсионерке иной раз приходится выезжать на похороны.

Янка, та всегда в одинаковом настроении, не поймешь, отчего у нее глаза заплаканы, то ли по поводу куриной чумы расстраивается, то ли мать оплакивает.

Даже куры тут были какой-то особой породы: тощие, поджарые, взъерошенные.

Откровенно говоря, Аннушке вовсе неохота желать тетке даже «доброго дня». Ничего она ей не желает, а уж добра – и подавно.

как-то, ей было тогда шесть лет, тетя Францишка обозвала ее несносной болтушкой. «Зато вы – паршивка!» – выпалила она возмущенно

в жизни своей Приемыш не встречал дома, где на долю его обитателей выпадало бы меньше любви, чем в их собственном доме – в доме священника.

Анжу по средам торгует на барахолке их совместными с Аннушкой поделками, отгородись от прочего люда завесой дыма из своей трубки?

в конце концов от Папы нельзя требовать, чтобы он не был верующим, коль скоро он священник.

Аннушка способна с легкостью забыть многое, но только не цвета и краски. Да и люди живут в ее памяти, только когда ассоциируются с каким-нибудь цветом

Чуть дальше бронзовый Кошут простирал руки к небу с таким отчаянием, словно в гимназии по другую сторону площади начался пожар, а равнодушным прохожим до того и дела нет