Монстры

Не может человек ничего поделать со своей натурой, провались оно все.

Обещания дают, чтобы нарушать, разрушать, разбивать вдребезги, на мелкие кусочки, дробить.

По мнению Джека, это настолько устарело, что покажется новым...

Чтобы управлять отелем так, как он заслуживает, приходится быть изрядным мерзавцем.

Теперь хозяином положения стал отель. Может, первые происшествия были всего лишь случайностями. Может быть, те вещи, которые Дэнни видел вначале, действительно не могли причинить вреда, как не могут этого страшные картинки. Но теперь ими управлял отель, и они могли обидеть и сделать больно. "Оверлук" не хотел, чтобы Дэнни шёл к отцу. Это могло испортить всю забаву. Поэтому он поставил у Дэнни на пути человека-собаку - как поставил на пути к дороге зверей живой изгороди.

Его разум и тело вместе представляли настоящий справочник боли.

Колесо прогресса; рано или поздно оно отправляет тебя к тому месту, откуда ты отправлялась.

Дэнни размышлял: можно ли радоваться поступку и одновременно стыдиться его настолько, чтобы стараться о нем не думать? Вопрос не давал покоя.

The tears that heal are also the tears that scald and scourge.

В этом году она написала ему еще раз, спрашивая, где, черт побери, пьеса. Джек в кислом тоне ответил, что «Маленькая школа» бессрочно — а не исключено, что и навсегда — застряла на полпути от руки к бумаге в той «любопытной интеллектуальной Гоби, которая известна, как авторский затык».

Ведь смерть была всего лишь частью жизни. И если человек - натура цельная, он должен подготовить себя к этому. Факт собственной смерти трудно постичь, но его можно достойно принять как нечто неизбежное.

И истина эта заключается в том, что монстры и призраки действительно существуют. Они обитают внутри нас, и порой, именно они одерживают верх. А тот факт, что иной раз - точнее, очень часто! -вопреки всем препятствиям в нас побеждают не они, а наши добрые ангелы, можно считать еще одной жизненной истиной в романе "Сияние". И Слава Богу, что так происходит на самом деле.

Вы меня ненавидите, потому что знаете...
Но он не знал ничего. Ничего. В этом он готов был поклясться самому Господу Богу, как чистосердечно мог покаяться, что перевел таймер вперед всего на минуту. Но не из-за ненависти, а из чувства сострадания