Парус одинокий

Разные женщины бывали в жизни Эраста Петровича. И в том, что их было много, очень много сомневаться не приходится - ещё бы, какой мужчина! Но важных, по-настоящему важных было всего три. С последней, с Ней он расстался за семнадцать лет до описываемых событий, как собственно, разошлись его пути и с Россией, и вот на чужбине, в газете он видит Её имя. Она убита, и Фандорин, естественно, закусывает удила и с грациозностью стенобитного орудия ломится на родину насаждать справедливость.

Далее действие разворачивается в традиционной русской глубинке, а чтобы создать ещё более жалостливую картинку, состоящую из деревеньки (в повествовании не описанной), больницы и монастыря. Монастырь тот стоит на крохотной скале и называется Одинокий Парус, что хорошо описывает как саму обитель, так, по сути, и Фандорина.

В этой книге хотя бы есть детективная линия. Не знаю, связано ли это с большим количеством прочитанных книг этого цикла или со слабостью конкретно этого произведения, но преступника я угадала сходу, и далее каждая деталь только подтверждала догадку. Так что плот твиста не получилось.

Снова автор вводит в повествование в массе своей неприятных, отталкивающих персонажей персонажей: злобную монахиню, не менее злобную докторицу, жалкого чиновника и не менее жалкого революционера, причём именно этим героям уделяется больше всего внимания, в то время как те, кто потенциально мог бы оказаться приятным, интересным или хотя бы нейтральным, отодвигает на второй план. Может, для того, чтобы изрядно потёртый Фандорин на их фоне казался презентабельнее?

1906 год. "Государственный корабль терпит бедствие".
Эрасту Петровичу сложно видеть страну, в которой нет гармонии...
Повествование мимолетно продолжает тему поиска перуанского золота, затонувшего у берегов острова Аруба, затронутую в романе Планета Вода . Мы встречаем прилично разбогатевшего Фандорина. Если в прошлой истории ему помешали отыскать клад, то теперь он богат и ступил на Путь Роскоши: проживает в Париже, посещает увеселительные мероприятия, содержит умную и красивую женщину, ни в чем себе не отказывает...

Эраста Петровича утомил Путь Роскоши, мы видим его за чтением российских газет - хмурого и расстроенного. Русская пресса напичкана не самыми приятными новостями, среди которых редкое знакомое имя...
Данное вступление объясняет название очередного жанра цикла - "ностальгический детектив".
Встретив заметку о зверском убийстве игуменьи Утолимоипечалинского монастыря Февронии, совершенном в ночь с 12 на 13 августа 1906 г., Фандорин легко срывается с места, предварительно связавшись по телеграфу со знакомым членом министерского совета и выяснив, что истерзанная матушка была его любимой женщиной - где-то там, в далеком прошлом. К тоске по покинутой стране добавилась ностальгическая нотка по утерянной любви.

Итак, отбив телеграфом короткое "Еду" в ответ на язвительное замечания генерала: "Может, отправитесь из Парижа в Заволжск, займетесь делом матушки Февронии? Очень обяжете", Фандорин отправился в дальний путь.
В Темнолесске сыщику никто не обрадовался: ни надворный советник Платонов, ни титулярный советник Клочков, ни сам "хозяин" Саврасов, комендант тюремного "замка". Ему намекнули, что с незваными гостями случаются несчастья. Фандорина не запугать, он знает волшебные точки на теле, с помощью которых можно парализовать противника на нужный для расследования срок...

Монастырь "Утоли мои печали" обустроился на высоком острове с отвесными берегами - подняться можно только подъемником, в плетеной корзине, спускаемой сверху. Посторонних на территорию не пускают, мужчинам вообще ход заказан. Вместе с покойной игуменьей насчитывалось всего пять монахинь. Во время преступления в кельях присутствовало три странных существа женского пола: слепая столетняя старуха, молодая испуганная девица - "робкая душа" и инвалидка "трудница". Если кому и под силу было свершить жестокое убийство, то лишь четвертой - иеромонахине Еввуле, но она в ту ночь отсутствовала, так как дежурила в больнице.

Здесь мы подошли к классической версии герметического детектива, о чем нам и сообщает главный герой, попутно объясняя значение термина "герметическая ситуация".

Борис Акунин предложил на суд читателей хитрую загадку. Вычислить убийцу мне не удалось: подозревала многих, но только не истинного зверя. Возможно, причина кроется в определенной категории местного населения, где тюрьма не имеет ограждения, а начальник тюрьмы считает главной силой - физическую, величая себя "хозяином" и устанавливая собственные законы и порядки. Хорошим людям не выжить в условиях тотального давления - они либо ломаются, либо сдаются, либо отказываются от борьбы. Особенно варварской смотрелась "охота за головами"...
Неудивительно, что лучику света в лице стойкой игуменьи Февронии не дали светить долго, согревая ущербных и потерянных...
Заключительная сцена еще раз напомнила о жанровой классификации произведения.

Фрагмент картины художника И. Левитана "Над вечным покоем".

Семь моих воспоминаний о Фандорине образца 1906-ого года:

1) Выбрать самый самый богатый дом на самой красивой улице в самом красивом городе, чтобы там пребывать (а не жить). У-у-у-у... уже только от этого веет ностальгией, не говоря уже полностью об этом ностальгическом детективе.

2) Маса оказался не у дел, так что наш друг стал в этом действии словно одинокий "Степной волк"

3) Всколыхнуласть тема "три важные женщины Фандорина"! И как только Эраст узнает что-либо о судьбе одной из них, все переворачивается с ног на голову и он может броситься в пучину новых авантюр. Как же так?

4) Возьми любой год 1706, 1906, 2016 - российская глубинка не меняет и порядки остаются такими же...

5) Привет Роулинг! Часть действия происходит также и в заволжском "запретном лесу", бесшумная походка Фандорина необязательно спасает о полной развязки.

6) Как вам название "утолимояпечалевый монастырь", куда приехал Эраст Петрович? Меня впечатлило, ну почти также, как и тот факт, что одна интересная семья вот буквально недавно назвали свою дочу "ДаЗдраПерМа".

7) Ностальгический детектив удался Акунину по реальности описания событий больше, чем "Планета Вода" и "Куда мы плывем", но Фандорин выполняет здесь все действия абсолютно один. "Никто не поможет, надейся только на себя, ошибайся, но достигни цель", вот таков девиз получился для меня в этой книге.

Уже не торт...
Конечно, Акунин, как и следовало ожидать, стал заложником собственного творения, пришедшегося по душе широкой публике.
Хочет он того или нет, но публика ждёт от него Фандорина - новых подробностей, промежуточных страниц его биографии, пикантных историй, ну хоть чего-нибудь. И этот рассказ - именно такое "что-нибудь" - среднее арифметическое: кроткие монахини, сильная женщина-антагонистка, нарочито диковинное подставное лицо, мелкотравчатый помощничек из местных... и Эраст Петрович в прекрасной форме, в представлении не нуждается. И личная драма, куда же без нее.
Но публика почему ждёт Фандорина - чтобы снова восхититься, чему-нибудь удивиться, как в старые добрые. А удивляться тут нечему - рассказ получился совершенно проходной, да еще и убийца легко угадывается, что для детектива, тем более детектива про Фандорина - вообще ни разу не здорово. Персонажи все по уже знакомой кальке, ничего нового. Если в начале еще можно получить удовольствие от узнавания любимых прежде героев, то уже в середине настигает разочарование банальностью сюжетных поворотов. Жаль, хотелось старого доброго.

Любовь к Эрасту Петровичу закончилась (один французский писатель прямо утверждает, что чувство живет два года и не так уж он неправ). Но есть секрет: любовь не умирает до конца, а когда и если объект привязанности не сделал тебе больших гадостей при расставании, просто тихо исчезнув с горизонта и предоставив обстоятельствам самим о себе позаботиться. Тогда на смену острому интересу и сердцу, бьющемуся через такт, приходит тихая ностальгическая нежность.

Фандорин вел себя безупречно, как и подобает благородному мужу. Герой наш в эмиграции и возвращаться в обозримом будущем не собирается, в необозримом тоже, а зачем? Все у него в Париже хорошо: Фортуна наконец улыбнулась (трижды: "Ха", не он ли известен, как человек, немыслимо везучий в азартных играх). Но теперь истинно богат - поднял груз золота с затонувшего во время конкисты судна. Верный друг и слуга Маса при господине; необременительная, но дивной красоты и всяких других достоинств конкубина украшает быт. Живи, да радуйся.

Про немытую Россию забудь, неспокойно и того гляди - рванет. Печально и хотелось бы исправить, да плетью обуха не перешибешь, а достоинство благородного мужа не в последнюю очередь в том, чтобы уметь точно оценить диспозицию и понять, что он может в сложившейся ситуации сделать, а чего делать ни в коем случает не стоит. Попытка вернуться и принять участие из числа дел, категорически не рекомендованных, но тут, понимаете какое дело - жестоко убита женщина, которая в прежней жизни любила героя и была любима им, но предпочла небесную любовь земной, а с Ним, сами понимаете, даже Фандорину не тягаться.

И тут надобно сказать об удивительной особенности Эраста Петровича, а именно - любви читательниц к его женщинам почти такой же истовой, как к самому благородному мужу. Отблеск обожания, направленного на героя, подсвечивает очередную подругу. Редчайшее умение высветлять и выправлять тот кусок мира, который оказался вместе с ним в сфере читательского внимания. Неспроста стал культовым персонажем. Итак, женщин Фандорина мы любим и тут же начинаем прикидывать, какая из них окончила дни при столь скорбных обстоятельствах (та, что была его спутницей в "Декораторе", так я думаю).

Лишенное сентиментальности путешествие на одноместной машине времени - чем дальше в российскую глубь и глушь, тем страньше и страшнее. С персональным антибонусом для постоянного читателя, арена событий - Заволжск, в цикле романов о Пелагии, анклав воссиявшей, посреди российских дураков и дорог, справедливости. С анклавом нынче покончено, у лукоморья дуб спилили, кота на мясо зарубили и прочие прелести восстановленного в законных правах самодурства.

Только и останется, что распутать вместе с великим человеком детективную интригу, взглянуть брезгливо на обитателей кунсткамеры, закручиниться над судьбой утолимояпечалинской обители монахинь (всего две, о ком печалиться стоит, да из них одной уж под сто лет). Неожиданный финал, в духе мрачной иронии "Золотого теленка". И все? Что в сухом остатке? Бумажки-моления ежедневные, коими просила за любимого? Так ведь, глупость несусветная и зачем оставляла. коли так любила? Значит ничего.

Конечно, нельзя не смахнуть слезу. Скупую, мысленную, искреннюю. Невозможно холодно смотреть на такого Эраста Петровича.
Гармонично любить и страдать он может только тех, кого с ним больше нет? Похоже на то. Загадочная бывшая любовь, которая при должном внимании быстро себя разгадывает (но суть даже не в этом) возникает в жизни нашего сыщика.
Само изменившееся его эмоциональное состояние стоит того, чтобы читать рассказ, выделять из сборника в принципе. То, как личное отношение меняет поведение, пристрастность. Если этот момент прошёл мимо романа, где их отношения присутствуют, то захочется перечитать. Но даже сама по себе эта сквозящая ностальгия и решимость (или одержимость?) восхищают.
Понравилась и сама атмосфера рассказа, столько всего может быть зарыто в отдалённом женском монастыре. Скрывать стольких странных, подозрительных женщин.
Будет приятно вернуться в атмосферу этой истории, пережить вместе с героем его ностальгию.

Память — это колодец со страданиями. ( композиция Je Dors Sur Les Roses из рок-оперы "Mozart, l'opéra rock")

С одной стороны, автору удалось воссоздать грустную и тревожную атмосферу удалённого места, где была убита служительница церкви. С другой, произведение показалось мне поверхностным.

Слишком мало времени было уделено расследованию, поиску убийцы, почти не были рассмотрены его мотивы. Всё как-то обывательски, разгадка слишком проста и даже примитивна. Не понравилось. Ну зачем, зачем главный злодей так жестоко убил её из-за... обывательской цели?

Далее идёт сама суть детектива, а именно то, что нам показывают Фандорина, который вдруг вспомнил, что очень любил даму, которая, собственно, была убита. Секундочку. По логике, это та самая, из "Декоратора". Но в том романе ни слова не было о великой любви, она не была описана даже. А тут вдруг, оказывается, для ЭП то была особая женщина! Господи. Ну почему нельзя было придумать, что вот был роман с кем-то там, с дамой, о которой ранее Акунин не писал? Потому что он не описывает любовь главного героя детально никогда! Она всегда фоном. А тут... бац - и великое чувство.

И да, мне понравилась Аннушкина. Но Акунину почему-то больше нравится восхвалять глупых куриц и кисейных барышень, а словосочетание "сильная женщина" сразу вызывает в нём его авторское отвращение. Вон, даже Фандорин ей треснул, вдруг наплевав, что он джентельмен!

В общем, только 3.