Цитаты из книги Проклятые

Глупо рассчитывать на честность в аду. Впрочем, это относится и к земле.

Смерть - это та Большая Ошибка, которую никто не собирается совершать.

Каждая аудитория заслуживает того представления, которое хочет получить

Когда у девочек появляется грудь, они забывают, какими были смелыми и сообразительными. Мальчишки тоже бывают по-своему умными и веселыми, но после первой эрекции становятся полными дебилами на ближайшие шестьдесят лет. Для обоих полов подростковый возраст превращается в ледниковый период тупости.

Никакому хорошему человеку не дают столько свободы, сколько заключенному убийце, приговоренному к смерти.

Умереть – хуже, чем провалить экзамен, чем попасть в полицию, чем сделать ребенка на выпускном. Мы облажались по-крупному, и ничего уже не исправить.

Ты там, Сатана? Это я, Мэдисон. Ты только не обижайся, но родители приучили меня верить, что ты не существуешь. Мама и папа говорили, что ты и Бог – порождение крошечного, суеверного и отсталого мозга деревенских проповедников и лицемерных республиканцев.

В мире, где тебя считают лентяйкой, если ты не бреешь ноги, быть мертвой и вовсе за гранью.  Будто ты сачкуешь от жизни. Плохо старалась и не реализовала свой потенциал. Слабачка!

Я сама себе щеголь-соблазнитель. Я свой собственный похититель и мрачный садист.

Смерть хуже пристрастия к алкоголю или героину, смерть — самая большая слабость. В мире, где тебя считают лентяйкой, если ты не бреешь ноги, быть мертвой и вовсе за гранью. Будто ты сачкуешь от жизни. Плохо старалась и не реализовала свой потенциал. Слабачка!

Истерики действенны только тогда, когда их кто-то наблюдает

У меня снова есть котенок. И парень. И лучшая подружка. Я-покойница оказалась богаче, чем была когда-либо при жизни. Только мамы и папы не хватает.

Как позже объяснил Арчер, все великие агрессоры заводят себе тотемы или фетиши, чтобы забрать силу поверженных врагов.

Раз всю жизнь я провела в попытках быть хорошей, в послежизни стоит попробовать вести себя наоборот.

Для меня теперь возможно все. Я могу стать кем-то другим, не под давлением, не от отчаяния, а просто потому, что новая жизнь - это прикольно, интересно или весело.

Как говорила моя мама, в мае любой сад хорош. В смысле, в молодости все мы более или менее привлекательны.

Быть новоумершим духом ничуть не проще, чем новорожденным младенцем, и я отчаянно благодарна даже за видимость заботы.

Неправда, что перед смертью в уме человека проносится вся жизнь. По крайней мере не вся. Какой-то кусок, может, и проносится. А остальное приходится вспоминать долгие и долгие годы. Таково, наверное, предназначение ада: здесь воспоминают. Ну а следующий этап - прощение.