Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман!

Не понимаю, что такое с людьми: они учатся не через понимание, а каким-то другим способом - механическим запоминанием, что ли. Из-за этого их знания очень шатки!

Видите ли, мой отец воспитывал во мне противление любому величию и помпезности( он занимался продажей униформы, а потому знал разницу между человеком в униформе и без нее — разницы не было).

Мир переполнен тупицами, полагающими, будто они все знают, хотя на деле они ничего и понять-то как следует не способны.

«Обычная история с человеком, работающим не в своей области: он не воспринимает ее всерьез.»

Я же извлек из этой истории нечто, что все еще было мне в новинку: я понял, для чего на самом деле нужно искусство, по крайней мере, в некоторой степени. Оно приносит кому-то, отдельному человеку, удовольствие. Ты можешь создать что-то, что кому-то другому понравится настолько, что этот человек будет подавлен или счастлив из-за этой чертовой штуковины, которую ты создал! В науке это имеет более общий характер: ты не знаешь отдельных людей, которые открыто оценили твой вклад.

Мне казалось смешным переживать из-за того, правильно ли ты написал что-то или нет, потому что английское правописание — это не более чем человеческая условность, которая никак не связана с чем-то реальным, с чем-то, что относится к природе. Любое слово можно написать по-другому, отчего оно не станет хуже.

Это было какое-то непостижимое высокомерие, так как никто ничего не понимал в происходящем, и все только делали вид, что понимают. Они притворялись, что им все ясно. И если кто-то задавал вопрос, признавая тем самым, что ему не все понятно, на него смотрели сверху вниз и говорили, что он отнимает время.

Обычные дураки — это еще куда ни шло: с ними можно разговаривать, пытаться им как-то помочь. А вот дураки напыщенные — дураки, которые скрывают свою дурь, пытаясь с помощью всяких фокусов-покусов внушить людям мысль о том, какие они, дураки, замечательные и выдающиеся, - ВОТ ЭТИХ Я ВЫНОСИТЬ НЕ МОГУ! Обычный дурак не мошенничает, он дурак честный. А хуже нечестного дурака и быть ничего не может!

Ценность науки. Это была буддистская притча: Каждому человеку дан ключ, открывающий врата рая; этот же самый ключ открывает и врата ада.

По-моему, человек должен относиться к другому человеку по-человечески. И если вы ко мне подобным образом относиться не желаете, я с вами дела иметь не стану! Вам от этого становится не по себе? И прекрасно. Мне, когда я вас вижу, тоже становится не по себе.

Общаясь с ней, я понял, что любая женщина переживает из-за своего внешнего вида, как бы красива они ни была.

В общем, гипноз - вещь интересная. Ты всё время повторяешь себе: "Я бы и мог это сделать, да не хочу", и это лишь иной способ сказать, что ничего-то ты не можешь.

Впрочем, нужно предупредить Вас, что если профессор Рассел заснет – а он несомненно заснет – это не означает, что семинар плох. Он засыпает на всех семинарах. С другой стороны, если профессор Паули кивает головой все время и кажется, что он со всем согласен, не обращайте внимания. Просто у профессора Паули нервный тик.

Я всегда так поступаю, влезаю во что-нибудь и смотрю, как далеко там можно продвинуться.

По поводу наркотиков я скажу следующее: Я люблю думать и не хочу портить машину, которая помогает мне в этом

Чем меньшей культурой обладают люди, тем меньше они способны мыслить, тем скорее теряют голову. Сколько сумасшедших встречается в деревнях, там и одержимые, и блаженные, и колдуны, и колдуньи. Они окружают себя огенным кольцом предрассудков, чтобы не подпустить к себе волчью стаю неведомого.

Когда ты молод, тебя донимает множество забот - на чём лучше остановиться, что скажет об этом твоя мама? И ты волнуешься, пытаешься найти какое-то решение, а тут вдруг само-собой подворачивается что-то ещё, и совершенно иное. Куда легче просто взять и решить хоть что-нибудь. И больше на этот счёт не волноваться, потому что решение ты уже принял и ничто не заставит тебя передумать.