Здесь, под навесом, Маница была какой-то новой, более уверенной в себе, а главное - не такой горемычной как дома, рядом с фотографией строгого старшины. От неё на Степана повеяло завидной прочностью, и все его собственные беды показались вдруг ему легче одолимыми рядом с ней: ведь Маница, по всему видать, уже справилась точно такой же своей бедой.
4 понравилось
Ваша оценка
