Что если на тебя посмотрит достаточно людей, то больше тебе уже не нужно будет ничьё внимание.
Что тебя достаточно когда-нибудь схватить, разоблачить и выставить напоказ, и тебе никогда уже не скрыться. Не будет разницы между твоей общественной и личной жизнью.
Что если ты достаточно приобретешь, достаточно много добьёшься, то тебе никогда уже больше не захочешь иметь или делать что-то еще.
Что если ты будешь достаточно есть и спать, то больше тебе хотеться не будет.
Что если тебя полюбит достаточно много людей, то ты перестанешь нуждаться в любви.
Что ты способен когда-нибудь стать достаточно умным.
Что когда-нибудь у тебя может быть достаточно секса.
Всё это стало целями маленького мальчика. Иллюзиями, которые останутся с ним на всю жизнь.
Пытка будет пыткой, а унижение - унижением, только если ты сам решишь страдать.
Никто не прекрасен настолько, настолько оказывается таким у тебя в голове. Ничто так не возбуждает, как собственная фантазия.
В Америке так: если твоя зависимость не остаётся максимально новой и усовершенствованной - ты позорище.
Мне-то хочется быть нужным. Мне-то нужно быть необходимым для кого-то. Мне-то нужен кто -нибудь, кто пожрёт всё моё свободное время, мою личность, моё внимание. Кто-нибудь, зависящий от меня. Взаимно-зависимый.
- Не хочу, чтобы ты брал и принимал мир таким, каким его подают, - пояснила она.
- Хочу, чтобы ты открывал его. Хочу, чтобы у тебя была такая способность. Создавать собственную реальность. Собственный свод законов. Хочу попытаться научить тебя этому.
Мы можем растратить все наши жизни, позволяя миру диктовать нам, кто мы есть. Нормальные или ненормальные. Святые или сексоманы. Герои или жертвы. Позволяя истории рассказывать нам, какие мы плохие, или какие хорошие.
Позволяя нашему прошлому решать наше будущее.
Или можем решать сами.
И может быть, наше дело - открыть что-нибудь получше.
Звучит диковато, но вот они мы - пилигримы, отморозки нашего времени, - пытаемся установить альтернативную реальность. Построить мир из камней и хаоса.
Что из этого получится - я не знаю.
Даже после всей этой беготни, мы в итоге закончили здесь в глубине ничто и в глубине ночи.
И может быть, цель не в знании.
Здесь, где мы стоим в этот миг, посреди развалин во тьме, то, что мы строим - может стать чем угодно.