- Двенадцатигранник, - сказала она тихим голосом.
- Додекаэдр, - согласился я.
Я уже вертел его в пальцах - правда, тогда он был серый и пластмассовый - давным-давно в кабинете алгебры и геометрии. И думал, что все люди похожи на многогранники. Простые и прямодушные - на кубы, более сложные, "с подтекстом" - на додекаэдры, себя же я с юношеской самоуверенностью причислял к икосаэдрам, сплошь состоящим из маленьких хитреньких треугольничков.
С какой стороны ни посмотри, увидишь всего несколько граней, прочие останутся в тени. На них даже можно написать: "эта сторона - для родителей", "эта - для учителей", "эта - для случайных встречных". И только к тем, кто нам по-настоящему дорог, мы стараемся поворачиваться своими лучшими гранями.
С годами число треугольничков поубавилось, граненый брильянт икосаэдра потускнел и выродился до чего-то угловатого и плоского. Сторона "А" для тех, кто пройдет мимо и не заметит, и сторона "Б", для тех, кто заметит... и пройдет. В частности, к парковой "девушке с метлой" я неосознанно старался повернуться левым боком.
Ваша оценка
