Цитаты из книги История

Из всех этих доблестных лакедемонян и феспийцев самым доблестным всё же, говорят, был спартанец Диенек. По рассказам, ещё до начала битвы с мидянами он услышал от одного человека из Трахина: если варвары выпустят свои стрелы, то от тучи стрел произойдёт затмение солнца. Столь великое множество стрел было у персов! Диенек же, говорят, вовсе не устрашился численности варваров и беззаботно ответил: «Наш приятель из Трахина принёс прекрасную весть: если мидяне затемнят солнце, то можно будет сражаться в тени».

Царь! Ты собираешься в поход на людей, которые носят кожаные штаны и прочую одежду из кожи; едят они не столько, сколько пожелают, а сколько у них имеется, так как обитают они в земле суровой. Они не пьют вина, довольствуясь водой. Нет у них ни инжира, ни иных полезных плодов. Если ты и одолеешь их, что возьмешь ты у народа, лишенного всех благ? С другой стороны, подумай о том, чего ты можешь лишиться в случае поражения. Ведь, вкусив прелести нашей жизни, они так привяжутся к нам, что мы не сможем уже их изгнать из нашей страны. Я благодарю богов за то, что они не внушают персам мысль воевать с лидийцами!

Как говорят, Амасис, будучи еще простым гражданином, очень любил выпить и пошутить и вовсе не имел склонности к серьезным занятиям. А когда он пропил и прогулял свое добро, то начал будто бы воровать у соседей. А те обвиняли его в кражах, и когда он запирался, то водили в прорицалище и вопрошали, где украденные вещи. Иногда оракул его уличал, но часто и оправдывал. Когда же Амасис стал царем, то сделал вот что. О храмах тех богов, которые его оправдывали [в кражах], он вовсе не заботился и не жаловал денег на их украшение. Он и не посещал их и не приносил жертв: по его словам, ведь эти боги не заслуживают жертвоприношений и их прорицания лживы. Напротив, богов, уличавших его в воровстве, он глубоко чтил, как истинных богов, дающих правдивые прорицания.

64. Военные обычаи скифов следующие. Когда скиф убивает первого врага, онпьет его кровь48. Головы всех убитых им в бою скифский воин приносит царю.Ведь только принесший голову врага получает свою долю добычи, а иначе –нет. Кожу с головы сдирают следующим образом: на голове делают кругомнадрез около ушей, затем хватают за волосы и вытряхивают голову из кожи49.Потом кожу очищают от мяса бычьим ребром и мнут ее руками. Выделанной кожейскифский воин пользуется, как полотенцем для рук, привязывает к уздечкесвоего коня и гордо щеголяет ею. У кого больше всего таких кожаныхполотенец, тот считается самым доблестным мужем. Иные даже делают изсодранной кожи плащи, сшивая их, как козьи шкуры. Другие из содраннойвместе с ногтями с правой руки вражеских трупов кожи изготовляют чехлы длясвоих колчанов. Человеческая кожа, действительно, толста и блестяща иблестит ярче почти всякой иной. Многие скифы, наконец, сдирают всю кожу свражеского трупа, натягивают ее на доски и затем возят ее с собой на конях.65. Таковы военные обычаи скифов. С головами же врагов (но не всех, атолько самых лютых) они поступают так. Сначала отпиливают черепа до бровейи вычищают. Бедняк обтягивает череп только снаружи сыромятной воловьейкожей и в таком виде пользуется им. Богатые же люди сперва обтягивают черепснаружи сыромятной кожей, а затем еще покрывают внутри позолотой иупотребляют вместо чаши50. Так скифы поступают даже с черепами своихродственников (если поссорятся с ними и когда перед судом царя один одержитверх над другим). При посещении уважаемых гостей хозяин выставляет такиечерепа и напоминает гостям, что эти родственники были его врагами и что оних одолел. Такой поступок у скифов считается доблестным деянием.

12. Удивительную вещь мне пришлось увидеть там, на месте битвы (на это обратили мое внимание местные жители). Кости воинов, павших в этой битве, были свалены в отдельные кучи. На одной стороне лежали кости персов, как они были погребены, а на другой – египтян. Черепа персов оказались такими хрупкими, что их можно было пробить ударом камешка. Напротив, египетские черепа были столь крепкими, что едва разбивались от ударов большими камнями. Причина этого, как мне объяснили, и я легко этому поверил, в том, что египтяне с самого раннего детства стригут себе волосы на голове, так что череп под действием солнца становится твердым. В этом также причина, почему египтяне не лысеют. Действительно, нигде не встретишь так мало лысых, как в Египте. Вот почему у них такие крепкие черепа. У персов, напротив, черепа хрупкие, и вот почему. Персы с юности носят на голове войлочные тиары и этим изнеживают свою голову. Таковы эти черепа. Такие, как здесь, черепа я видел в Папремисе, где лежали тела персов, павших во главе со своим вождем Ахеменом, сыном Дария, в борьбе против ливийца Инара.

Во время приготовлений к походу на персов один лидиец дал царю такой совет (этот лидиец – имя его было Санданис – и прежде слыл благоразумным, а благодаря этому совету он и подавно прославился у лидийцев)59: "Царь! Ты собираешься в поход на людей, которые носят кожаные штаны и другую одежду из кожи; едят же они не столько, сколько пожелают, а сколько у них есть пищи, так как обитают в земле суровой. Кроме того, они не пьют вина, довольствуясь лишь водой. Нету них ни смокв и никаких других полезных плодов. Если ты и одолеешь их, то что возьмешь у народа, лишенного всех благ? С другой стороны, подумай о том, чего ты можешь лишиться в случае поражения. Ведь, вкусив прелести нашей жизни, они так привяжутся к нам, что мы не сможем уже их изгнать [из нашей страны]. Я благодарю богов за то, что они не внушают персам мысль воевать с лидийцами!". Эти слова, впрочем, не убедили Креза. Я рассказываю это потому, что до покорения Лидии персы действительно вовсе не знали ни роскоши, ни богатства.

Когда Алкмеон приехал в Сарды, царь дал ему в подарок столько золота, сколько он мог сразу унести на себе. Алкмеон же ухитрился ещё умножить этот щедрый дар. Он облёкся в длинный хитон, оставив на нём глубокую пазуху. На ноги он надел самые большие сапоги, которые можно было найти. В таком одеянии Алкмеон вошёл в сокровищницу, куда его ввели. Бросившись там на кучу золотого песка, Алкмеон сначала набил в сапоги сколько вошло золота. Потом наполнил золотом всю пазуху, густо насыпал золотого песку в волосы на голове и еще набил в рот. Выходя из сокровищницы, Алкмеон еле волочил ноги и был похож скорее на какое-то другое существо, чем на человека. Рот его был полон, и вся одежда набита золотом. При виде этого Крез не мог удержаться от смеха и не только оставил всё унесённое им золото, но ещё и добавил не меньше.