Менады

Автор в своём стиле описывает впечатление от похода на концерт. Автор, хоть и себя не относит к меломанам, хотя и явно имеет довольно неплохой слух: знает в каких местах зала приглушаются какие инструменты, знает кто как звучит. Осень понравился его оценка Бетховена.

А затем главное блюдо – Бетховен, этакий основательный вибромассаж, «Так стучится в дверь судьба», V – прекрасный символ победы, вот он глухой гений!

В общем-то публика тут подобралась явно отборная. В итоге Маэстро превращается в Орфея и по истечению этой мессы вся эта масса народа превращается в танцующих менад или вакханок, которые начинают сумбурные танцы во славу музыки и искусства и Диониса, а заодно и сметают всё на своём пути, пугая и сметая  самого Орфея. Собственно Менады нигде, кроме заголовка и не упоминаются, но и без дополнительных упоминаний в тексте они ощущаются. Определённо этот ритуал смотивирует богов музыки сыграть ещё. В Свердловской филармонии наблюдал взыскательную публику, но у нас до такого исступления не доходило. Хотя, наверняка случаи были.

Публике так часто давали пощечины, что теперь, аплодируя, она сама бьет себя по щекам. Жан Кокто

Менады — женщины, участвовавшие в мистериях в честь древнегреческого бога Диониса (Вакха). Менады растерзали легендарного певца Орфея, укрощавшего своим пением даже диких зверей. В переносном смысле: крайне возбужденные, неистовствующие женщины.
Нечто подобное случилось в рассказе Кортасара. Увлекательно было посидеть с автором и понаблюдать за отдельными зрителями, их эмоциями, дикой толпой, сносившей все вокруг себя ради...сплошная вакханалия.