Узы Дракона

— Если ты совершила ошибку, это не значит, что ты дура.

Настоящая, горячая еда, кровать, размеренный режим. Ложиться спать вечером. Вставать утром. Все считается само собой разумеющимся, пока не лишишься этого.

Дракон был опасным и жестоким, самым страшным существом, когда-либо виденным ею, но вот она сидит в кольце его рук и чувствует себя безопаснее, чем за всю свою жизнь до этого.

— Драгос, согласиться, что мы пара, — это одно, но у меня сомнения насчет брака. Я читаю Космо. Ты ешь людей. Полагаю, в суде по разводам это можно назвать «непримиримыми противоречиями».

Легкий ветерок пощекотал руки, прикрывающие ее затылок, и прошелся по волосам.
Девушка почесала ладонь.
— Ты убил лошадей?
Дуновение остановилось. Драгос произнес осторожным голосом.
— А не должен был?
Пиа пожала плечами.
— Они не виноваты.
— Если это как-то поможет, то я был голоден и съел одну, — новое дуновение.

«Как я оказалась в таком дерьме? Как будто у меня был список вещей, которые нельзя делать ни в коем случае и я скрупулезно выполнила каждый пункт».

Вид его голой груди, похоже, до минимума снижал уровень ее IQ.

— Ты взяла пенни 1962-го года, — скрипнул зубами Драгос, — а оставила пенни 1975-го года. Замена неравноценная.
Пиа уставилась на мужчину.
— О, Господи, ужасает то, что ты это заметил.
— Я знаю каждую мелочь в своей сокровищнице, вплоть до места, где она лежит, — ответил Дракон.
— Может, тебе стоит сходить к врачу и провериться на ОКР?

Если Пиа уже собралась участвовать в гонке за свою жизнь, то рёв был выстрелом стартового пистолета. И если бы рефери был Богом, то прокричал бы: «Беги!»

Драгос снова посмотрел на записку.
«Прошу прощения за то, что взяла Ваш пенни. Вот Вам другая монетка взамен».
И да, это все, что там было написано.
Уголок его рта дернулся. Дракон поверг в шок сам себя, когда взорвался грубым хохотом.

Расплата - та еще сучка.

— Думаю, ты - псих! — объявила Пиа.
— Поскольку ты тоже, мы отлично сработаемся.

Под прикрытием нейтральности может быть нанесен большой вред.