Схизматрица

На глаза навернулись слезы. Он тихо плакал, не пытаясь себя удержать. Он оплакивал человечество — всех тех слепцов, кто полагал, будто в космосе есть законы и пределы, способные спасти человека от собственной своей свободы. Но от нее не укрыться. Не бывает абсолютных целей. Абсолютны лишь свобода и тщета…

Камню не устоять против плоти, если плоть мыслит.

Искренность - дело тонкое.

Дерево черпает силу из света, но само светом не является. И жизнь, будучи чередой перемен, не есть перемена. Перемена скорее смерть.

Заверениями можно обмениваться до тех пор, пока солнце не взорвется. И все равно никто никого не убедит. Либо мы верим другу другу, либо нет.

Жилища были священны — священны в силу самой своей уязвимости. Уязвимость универсальна. Уничтожение одного из миров означало бы, что безопасности нет нигде и ни для кого, что каждый мир может сгореть в геенне тотальной войны.

К ясности этой стремились многие инструменты, но — безуспешно. Неудачи их придавали звучанию некую человечность. А мир человечности — это мир потерь, разбитых надежд, первородного греха; мир, вечно молящий о милосердии, понимании и сострадании… Нет, такой мир — не для нее.

— Так ты что, совсем не умеешь читать?
— А зачем? За меня машины читают.
— Значит, ты слеп ко всему культурному наследию человечества.

Чем бы дитя ни тешилось, только бы не политикой.

Репутация стоит риска.