Цитаты из книги Танец Огня

— Думаю, что если ты не хочешь называть свое имя, то… я сама тебе имя придумаю. — Хм? — В этом звуке звучала заинтересованность. — Будешь Кракозябром, — не раздумывая, сообщила я. Кто-то поперхнулся. А через миг тишину нарушил вопль: — Кем?! — И дальше по нарастающей: — Даша, в твоем мире столько прекрасных имен! Иммануил, Филипп, Эдуард, в конце концов! Так какого гхарна ты назвала меня этим… этим… как его… — Кракозябром, — подсказала я с улыбкой. — Ничего подобного! — возмущенно взвыл призрак. — Я не согласен!

Когда мы дошли до предпоследнего этажа, блондин остановился. Две стопки учебников, охваченные тонкими спиралями воды, зависли в воздухе. Парень недоумевал, а я пожала плечами и пошла дальше. — Но там этажи, где живут преподаватели, — хмуро сказал он. Ага, еще один кусочек мозаики. Занятно, но бесполезно. — Поверь, я знаю, куда иду, — сказала я с грустной улыбкой. Дорс неохотно повиновался, и спустя пять минут мы уже стояли на узкой чердачной лестнице, перед старой, растрескавшейся от времени дверью. — Да ты гонишь… — выдохнул добровольный помощник ошарашенно. — Тебя не могли здесь поселить! А я мысленно вздохнула и открыла дверь, мол, смотри, дорогой, мне не жалко. Блондин был в шоке. Он просто стоял и хлопал ресницами. Изумрудные глаза парня походили на глаза зомби под гипнозом. Зато мне стало так весело! И ведь действительно нечего стыдиться! — Они не могли так поступить, — пробормотал парень.

Я даже хотела броситься следом, чтобы высказать этому самоуверенному факультетскому корольку все, что о нем думаю, но, слава богу, меня отвлекли.

Кузьма. Мой маленький храбрый непропорциональный огурец в бордовой меховой шубке выскочил из-за кресла и начал носиться по чердаку, сотрясая тишину очень грозным:

— Р-р-р! Р-р-р! Сво-о-о-о! Подле-е-е! Зара-а-а!

Устами твира глаголет истина. Только в этих устах она звучит так… комично.

Злость не отступила, нет, но поутихла. И даже улыбка на лице проявилась. Вообще, всегда очень приятно, когда ты не одинока в своем мнении. Если знаешь, что не одна, уровень переживаний как-то сам собой снижается и ситуация начинает казаться чуть проще.

— Он не зараза, — справившись с удушающим всплеском эмоций, сказала я. — Он хуже.

— Р-р-р! — отозвался твир. — Р-р-р!

Просто не успела, потому что проснулась… от грохота. Это Кузя, то ли сам по себе, то ли с моей легкой подачи, свалился с кровати. — Бли-и-и! — сообщило откуда-то снизу это чудо. Я сперва испугалась, ведь упал же. А потом закусила одеяло, чтобы не захохотать в голос, когда с пола уточнили: — Бли-и-и блински-и-и! Кузя, кстати, страдал от моих занятий танцами больше всех — твиру не хватало общения и внимания. В четверг он дорастил себе хвост до нормальных размеров, а я и не заметила, пока этот… котик, не начал прыгать вокруг меня с воплем: — Хвос-с-с! Хвос-с-с!

Ну точно, лис. Только хвост еще не дорос — коротковат, примерно как у бобтейла. — Я коти-и-и… — протяжно заявило это чудо. — Кто? — Коти-и-и! — не без гордости повторил Кузьма и плюхнулся на попу. Не сразу, но я все-таки сообразила и ошарашенно переспросила: — Кто? Котик? Твир радостно кивнул и вновь оскалился, демонстрируя маленькие белоснежные зубки и очень даже внушительные клыки. Клыков было четыре, точь-в-точь как у настоящей лисицы — два сверху, два снизу. — Э-э… — Честно говоря, заявление твира меня озадачило. Поэтому сообщила ему очевидное: — Кузь, прости, но ты не котик. Ты — лис. Глаза лисенка слегка округлились, потом на мордочке проявилось недоумение, и мне вновь сообщили: — Я коти-и-и!

— Каст, пожалуйста, не трогай его, — жалобно попросила я. Губы парня растянулись в ухмылке, от которой внутри все похолодело. Я ждала условий сделки, понимая: мне эти условия не понравятся. Но рыжий поступил умнее. — Это будет наш маленький секрет, — гадко улыбаясь, сообщил он. — Очень маленький, очень пушистый, с большими-пребольшими глазами. Да, Дашунь? — Да, — выдохнула я обреченно. — Так, и что там касательно наличия у меня собственного мнения? Улыбка Каста стала еще шире и противнее, но желание плюнуть ему в рожу я все-таки сдержала. Сказала лишь: — Ты очень крут, Каст. И очень независим.