Цитаты из книги Луи Ламбер

Сколько раз мы сидели на нашей скамейке, читая одну и ту же книгу и, не разлучаясь, забывали друг о друге, но в то же время чувствовали, что оба вместе мы погружены в океан идей, как две рыбы, плавающие в одних и тех же водах!

Все человеческое знание основывается на дедукции, на медленном движении от причины к следствию и от следствия к причине.

— Мыслить — значит видеть! — сказал он мне однажды, возбужденный одним из наших соображений по поводу самих основ психической организации человека.

- Мысль может причинить физические страдания!

Вздохи Ламбера прозвучали для меня гораздо более проникновенными гимнами печали, чем самые прекрасные страницы Вертера.

Конечно, какое-нибудь произведение может воскресить воспоминания детства, но ему никогда не удается заглушить их.

В коллеже, как и в обществе, сильный презирает слабого, еще не понимая, в чем состоит истинная сила.

Что может быть ближе к богу, чем сердце гениального ребенка?

Наш товарищ Дюфор отрицал способности Ламбера; а так как я только что прочел «Знаменитых детей», я засыпал его доказательствами, указывая на маленького Монкальма, Пико делла Мирандола, Паскаля — словом, на все рано созревшие умы. Все это были известные аномалии в истории человеческого духа и предшественники Ламбера.

В слове нет ничего абсолютного, мы больше воздействуем на него, чем оно воздействует на нас; его сила в образе, который мы в нем видим или в него вкладываем.

— Abyssus abyssum (Бездна бездн). Наш дух — бездна, и ему нравится погружаться в бездну. Дети, мужчины, старики — мы все увлекаемся тайнами, в каком бы виде они перед нами ни появлялись. -(Луи Ламбер).

Тайне детского обаяния никто не может противостоять.

Любить — это жить, как живут ангелы.

Наш дух — бездна, и ему нравится погружаться в бездну. Дети, мужчины, старики — мы все увлекаемся тайнами, в каком бы виде они перед нами ни появлялись.

Движение — это в какой-то мере действующее число.

Все на земле существует только в движении и числе.

Я знаю, что люди выдумали душу, чтобы выйти из затруднительного положения.

«Апокалипсис — это записанный экстаз».