Никак не удается мне вернуться в свою оболочку и по-старому расположиться в самом себе, - такой там беспорядок: мебель переставлена, лампочка перегорела, прошлое моё разорвано на клочки.

Высшая мечта автора: превратить читателя в зрителя...

Кража - лучший комплимент, который можно сделать вещи.

У меня сердце чешется, - ужасное ощущение.

Вы забываете, синьор, что художник видит именно разницу. Сходство видит профан.

...однако фантазия моя разыгралась, и разыгралась нехорошо, увесисто, как пожилая, но всё ещё кокетливая дама, выпившая лишнее.

Этот человек, с душой как скрипка, занимался воровством, подлогами, нюхал кокаин и наконец совершил убийство: отравил женщину, содержащего его

Затягивается, собственно говоря, не воспоминание, а рана

Любовь к ближнему, не котируется на бирже современных отношений.

Подтянем пряжку рассказа на одну дырочку

Горе тому
воображению, которому юмор не сопутствует.

порядочность плюс сентиментальность равняется глупости

Во-первых, эпиграф, но не к этой главе, а так, вообще: литература - это любовь к людям. Теперь продолжим.

Чему в школе научишься? Ничему. Если человек умный, на что ему учение? Главное – природа. А политика, например, меня не интересует. И вообще, мир – это, знаете, дерьмо.

''Украл и продал!'' - крикнул я, даже притопнул.
Ответ его был замечателен: сперва мотнул головой, что значило ''Не крал'', и тотчас кивнул, что значило ''Продал''. В нем, мне кажется, был собран весь букет человеческой глупости.

Знатоки оцeнятъ это прелестное, будто бы многозначительное "ночью", - ахъ ты - "ночью", смотри какой, писалъ ночью, не спалъ, какой интересный и томный!

От вeтра мигали и щурились осенние звeзды

Лида сидела тут же, в плетеном кресле, и читала книгу; полураздавленный окурок – она никогда не добивала окурков – с живучим упорством пускал из пепельницы вверх тонкую, прямую струю дыма; маленькое воздушное замешательство, и опять – прямо и тонко.