104 страницы про любовь

Эта голубая планета ужасно вертится. Не могу сосредоточиться. Трясёт.

А что толку?! Вот я хорошая. Вы хороший. Мы хорошие... Да кому нужны хорошие? Не любят сейчас хороших!

Вот я говорю: "Дайте мне большое, чистое, настоящее". А мне отвечают: "Возьмите слона и вымойте его в ванне". Вот тебе большое, чистое, настоящее.

Нежность. Ее все время стыдятся. Ее прячут далеко в боковой карман. И вынимают в одиночестве по вечерам.

ВЛАДЫКИНА. Ваш любимый поэт?
ЕВДОКИМОВ. Больше всего я люблю греческого поэта Нофелета… Вы, наверное, слышали о нем?
ВЛАДЫКИНА. Да… что-то слышала.
ЕВДОКИМОВ. А ничего не читали?
ВЛАДЫКИНА. Что-то читала. Точно не помню.
ЕВДОКИМОВ. Поразительно. Как вы сумели? Нофелет - это телефон, но только наоборот.
ВЛАДЫКИНА. Да ну вас, я ведь серьезно.
ЕВДОКИМОВ. Нет. Я не верю, что вы серьезно. Для этого вы слишком неглупая девушка.

Все зависит от нас. Если вы очень захотите…

Вы знаете, я заметила, есть какой-то закон: если плачешь, всегда потом будешь смеяться. И наоборот. Вот однажды я плакала два дня подряд. Мне это так надоело.

И вот на третий день я решила: буду смеяться – и все! И целый день ходила и смеялась сквозь слезы, как идиотка…

Часто смеетесь. (Сухо.) Вам, наверное, кто-то сказал, что у вас красивый смех. А он у вас довольно глуповатый.

Пятьдесят процентов людей каждый понедельник начинают жить сначала.

"У него не телосложение. У него - теловычитание", как сказал поэт!