Цитаты из книги Две твердыни

Пока живешь, надеешься. И хочешь кушать.

Нельзя быть и тираном и советчиком одновременно.

Трудно поверить, что огонь обжигает, пока не прикоснешься к нему.

- В одном ты вовсе не изменился, дорогой друг, - сказал ему Арагорн. - Ты по-прежнему говоришь загадками. - Да? Разве? - отозвался Гэндальф. - Нет, я просто говорил вслух сам с собой. Стариковский обычай: избирай собеседником мудрейшего - молодёжи слишком долго всё объяснять.

- Какая жалость, что Бильбо не убил тогда эту тварь подлую! - Жалость? Именно жалость и остановила его тогда. Жалость и милосердие: нельзя убивать без нужды. - Вот уж кого мне ни чуть не жаль. Он заслуживает смерти! - Верно. Заслуживает. И не только он. Многие из живущих заслуживают смерти, а многие из умерших - жизни. Ты можешь вернуть им её? То-то же. Тогда не спеши осуждать и на смерть. Никому, даже мудрейшим из мудрых, не дано видеть все хитросплетения судьбы.

От века рассвет приносит людям надежду.

Кто не может расстаться с сокровищем, тому оно станет в тягость.

Пользоваться вещью, в которую вложена мудрость, много превосходящая твою собственную, всегда губительно.

Скажи лучше: кривой суд всегда правое скривит.

кто не умеет в час нужды расстаться со своими сокровищами, тот несвободен

Иди туда, где ты нужен, наберись терпения и не теряй надежды.

Ах ты, морковка с помидорами, да что же я натворил!

Хвала от того, кто сам ее достоин, - высшая награда.

Лучше уж в чащу леса, чем в гущу битвы.

Несвободен тот, кто не может расстаться с сокровищем в час нужды

Что бы ни ждало нас впереди - это наша судьба, и нам от нее не уйти.

Я отчётливо вижу дали, а вблизи всё как в тумане.

- Вот, - сказал Сэм, - единственное место в мире, в которое я совершенно точно не хотел бы попасть, а как раз туда-то нам и надо. Мало того, что нам надо туда, куда не надо, так мы ещё никак не можем туда попасть.

Изменник всегда сам себе петлю вьёт.

Все хоббиты, само собой, умеют стряпать - их этому учат раньше, чем грамоте (которой, бывает, что и не учат)...