Вирт

Есть вещи, которые неизбежны. Которые предрешены.

Он, по-моему, из тех людей, которые превращают жизнь в приключение. Прямо как дети, ну и что с того? Это – расплата за Кортекс-Джэммерс; они просто хотят опять стать детьми.

Дездемона говорила так, словно ее язык был из шафрана, и мне хотелось целовать голос моей сестры, потому что это было прекрасно.

Кусочки стекла у меня под ногами, кусочки стекла цвета снов. В Боттлтауне даже слезы блестят, как драгоценные камни.

Слишком много слез. Слишком много потерь.

Реальный мир - он совсем не красивый, но именно он - твой мир.

Я увидел в его глазах нежелание говорить. Но у меня был пистолет, а у него не было. Я полагаю, что это все-таки что-то значило.

Вы никогда не смотрели в ствол пистолета? В мрачную пустоту, что поджидает там, в глубине, пряча пулю в патроннике, которая только и ждет вспышки пороха, чтобы избавиться наконец от томительного ожидания?
Вы никогда не оказывались по "ту" сторону пистолета?
Ощущения такие, будто перед тобой вдруг разверзся туннель, и тебя сейчас засосет внутрь, и тут ничего уже ничего не сделаешь - ничего.

Иногда даже разбитое стекло, потрескавшийся цемент, печальные жизни воспринимаются как хорошие сны о плохом.

Может быть, каждый из нас время от времени немного впадает в отчаяние. Может быть, легких путей просто нет.

Я знал, что у Битла был дар замечать красоту даже в уродстве.

Бедный = чистый.

Неподалеку сидела собака – настоящая собака, микс плоти и крови; теперь такую нечасто встретишь. Коллекционный экземпляр, находка для истинного ценителя.

Сколько рядом с тобой есть людей, которые готовы многое потерять, просто чтобы ты смог протянуть ещё хоть чуть-чуть?

Есть только две части тела, которые не чувствуют боли. Одна – волосы, другая – ногти. Обе сделаны из кератина, волокнистого серосодержащего протеина. Он присутствует на открытой поверхности кожи, в волосах, ногтях, перьях, копытах и т. д. Кератин. От греческого keras, что значит «рог» – то, что можно отрезать без слез.

Но вот что я вам скажу.

Это неправда.

Потому что я видел слезы во время стрижки.

Приемники были уже заполнены и переполнены, но люди по-прежнему приходили и разбивали бутылки о мостовую, на ступеньках и лестничных площадках. Вот так заполняется мир. Черепок за черепком, осколок за осколком, пока все это место не превратилось в своеобразный блестящий дворец, острый и болезненный при прикосновении.

– Не роняй Его! – прошипела Мэнди сдавленным от напряжения голосом. Дождь прилизал ее рыжие волосы, челка прилипла ко лбу.

– А я Его разве роняю?

– У него голова на земле!

– А это Его голова? Я думал, что это хвост.

Вам всегда кажется, что дождь вот-вот начнется, но дальше этого «вот-вот» дело не идет.

Иногда просто приходится делать что-то очень плохое - чтобы ускорить жизнь перед лицом смерти.

Только звуки её дыхания у меня в голове, и мягкие лепестки времени опадают с циферблата будильника - минуты, оставшиеся до наступления утра.