Лев, колдунья и платяной шкаф

Все Баффины такие. Одно из самых уважаемых великаньих семейств в Нарнии. Не очень умны, возможно, – я не встречал ещё умных великанов, – но старинное семейство. С традициями.

Та одна річ - знати про когось, а зовсім інша - побачити на власні очі.

Навіщо шукати того, хто полишив вас із власної волі.

Отож моя вам порада: як зустрінеться вам хтось такий, хто не зовсім людина, або навпаки - зовсім уже не людина, або навіть такий, хто начебто людина, а як придивишся - аж ніяка тобі не людина, тримайтеся від них якомога далі.

Коли Адама плоть і кров
На трон законний зійде знов,
Тоді розвіються печалі
І прийдуть радість і любов.

Немає у світі нічого ліпшого за рибку, яка лише півгодини тому плавала в річці, а тепер із пательні потрапила до столу.

Якщо чесну людину звинувачують у брехні - це вкрай серйозно, це дуже серйозне звинувачення.

Немає у світі нічого безглуздішого, ніж замкнути себе в шафі.

Всі двері варті того, аби спробувати, чи вони відчиняються, чи ні.

Але прийде час, коли ти вже станеш настільки доросла, що знову зацікавишся казками.

Люси давно - пожалуй, целую вечность - не видела, чтобы он выглядел так чудесно. По правде сказать, с того самого дня, как он пошёл в школу. Там-то, в этой ужасной школе, в компании дурных мальчишек, он и сбился с правильного пути. А теперь Эдмунд снова стал прежним и мог прямо смотреть людям в глаза.

- Все в порядке! - кричал он. - Выходи, миссис Бобриха! Выходите, сын и дочери Адама и Евы! Все в порядке! Это не она! Это не ейные бубенцы! - Он выражался не очень грамотно, но именно так говорят бобры, когда их что-нибудь очень волнует; я имею в виду в Нарнии - в нашем мире они вообще не говорят.

“– Любезные друзья мои, перед нами великое чудо! Взгляните: это дерево – из железа!
– Государыня, – сказал король Эдмунд, – если вы как следует присмотритесь, вы увидите, что это – железный столб, на вершине которого установлен фонарь.”

“Я очень, очень хочу его увидеть!... Даже если у меня при этом душа уйдет в пятки.”

"Навіщо шукати того, хто полишив вас із власної волі..."

Но если вы плакали когда-нибудь всю ночь, пока у вас не осталось ни единой слезинки, вы знаете, что под конец вас охватывает какое-то оцепенение, чувство, что никогда больше ничего хорошего не случится...

- Да как же, сэр, если что-нибудь существует на самом деле, то оно есть всегда.

• Всегда ли? – спросил профессор, и Питер не нашелся, что ему ответить.

Быть может, с вами было такое во сне: кто-то произносит слова, которые вам непонятны, но вы чувствуете, что вниз заключен огромный смысл; иной раз они кажутся страшными, и сон превращается в кошмар, иной - невыразимо прекрасными, настолько прекрасными, что вы помните этот сон всю жизнь и мечтаете вновь когда-нибудь увидеть его.

“My dear young lady,” said the Professor, suddenly looking up with a very sharp expression at both of them, “there is one plan which no one has yet suggested and which is well worth trying.”
“What’s that?” said Susan.
“We might all try minding our own business,” said he. And that was the end of that conversation.

“Oh,” said Mr Beaver. “So that’s how you came to imagine yourself a queen—because you were the Emperor’s hangman. I see.”