I'm OK, You're OK

Представьте себе, как трудно двухлетнему человечку понять, что происходит, когда мать вдруг резко преображается из одной личности в совершенно другую. Таким переменам есть много причин. Одна из них — алкоголизм. Мать «навеселе», она ласкает ребенка и тискает его так, что он начинает вопить. Она играет с ним в догонялки, подбрасывает его в воздух. Она хватает кошку за хвост и истерично хохочет. Жизнь прекрасна! Затем хмель проходит. На протяжении нескольких часов ребенок забыт. Он голоден. Он опустошен. Матери рядом нет. Поощрение кончилось. Как его вернуть? Что же случилось? Он не знает. Потом мать просыпается с похмелья. На ребенка она не хочет и смотреть. Она отталкивает его. Он плачет и бросается к ней. Она бьет его. Что случилось? Что он такого сделал? Ведь все было так хорошо. А теперь все так плохо. Он заставляет себя заснуть. Наступает следующий день. Мать снова весела. Все повторяется. Вчера вечером было плохо. Но сейчас снова хорошо. Но, конечно, и на этот раз опять будет плохо. Не знаю почему, но такой момент настанет и все переменится. Все ужасно хорошо (мания) и ужасно плохо (депрессия). «Ужасно» касается обеих стадий, поскольку перемена наступит резко, внезапно и непредсказуемо.

Таким образом, сильный Взрослый формируется так:

1. Научитесь распознавать свое Дитя, все его уязвимые места, страхи, основные способы выражения чувств.

• Научитесь распознавать своего Родителя, его наставления, предписания и фиксированные установки, а также основные формы проявления этих наставлений, предписаний и установок.
• Общаясь с другими людьми, будьте внимательны к их Дитя, обращайтесь к нему, поощряйте и оберегайте его, с пониманием относитесь к его потребности в самовыражении, а также к отягощающему его неблагополучию.
• Иногда, если это необходимо, лучше про себя сосчитать до десяти, чтобы дать Взрослому время на обработку поступающих данных, на различение требований реальности и реакций Родителя и Дитя.
• Если сомневаешься, воздержись. Никто не осудит вас за то, чего вы не говорили.
• Разработайте собственную систему ценностей. Без этической опоры невозможно принимать решения.

Совершенно очевидно, что существует очень мало взаимодополняющих транзакций Дитя — Дитя, свободных от элементов игры. Это происходит потому, что Дитя более охотно получает, чем отдает поглаживания. Люди осуществляют транзакции ради поглаживаний. Бертран Рассел сказал: «Никто не может упорно размышлять из одного только чувства долга. Мне необходимо время от времени добиваться маленьких успехов, чтобы иметь источник энергии». Без привлечения в транзакцию Взрослого никто не получает поощрения, отношения перестают быть взаимодополняющими и угасают.

Человек — это создание, настоящее которого во многом определяется еще не существующим, но возможным будущим. То, чего нет, влияет на то, что есть. В итоге решения любой проблемы результат будет не просто следствием механического сочетания сил, что было бы справедливо для физического тела. Я мыслю, и большинство моих мыслей касается того, что еще только может произойти, если будут предприняты определенные шаги.
Ортега-и-Гассет определяет человека как «существо, заключающееся не столько в том, что оно есть, сколько в том, чем оно собирается стать».

В определенных условиях установка «Я не в порядке — вы не в порядке» может выступать как первичная, а не как производная. Это касается аутичных детей. Психологически аутичный ребенок как бы и не родился. Ранний детский аутизм представляет собой реакцию несозревшего организма на чудовищный стресс, когда ни одно поглаживание не доходит до ребенка. Аутичный ребенок в первые решающие недели своей жизни не испытывает ощущения защищенности. Резко выброшенный в жизненное пространство, он не находит в нем никого, кто мог бы служить защитой и опорой.

Но есть и светлая сторона: Дитя является также огромным хранилищем позитивных сведений. В нем процветают творчество, любознательность, желание исследовать и узнать, стремление потрогать, почувствовать и испытать, а также записи удивительных свежих чувств первых открытий. Дитя содержит записи множества восторженных «ага-переживаний», первых в жизни маленькой личности: первый глоток воды из садового шланга, первое поглаживание мягкой шерстки котенка, первое уверенное удерживание соска материнской груди; впервые в ответ на его щелчок выключателем зажигается свет; впервые кусок мыла преображается в подводную лодку; снова и снова возникает стремление ко всему этому вернуться.

В начале своей работы по созданию транзактного анализа Берн отмечал, что когда мы наблюдаем и слушаем людей, они меняются на наших глазах. Одновременно меняется все выражение лица, речевые обороты, жесты, поза и телесные функции, которые могут повлечь прилив крови к лицу, сильное сердцебиение или учащенное дыхание.
Эти резкие перемены можно наблюдать в каждом: мальчик, заливающийся слезами, когда у него испортилась игрушка; девушка-подросток, удрученное лицо которой вспыхивает от волнения, когда телефон, наконец, зазвонит; мужчина, бледнеющий и дрожащий при получении известия о своем банкротстве; отец, лицо которого «каменеет», когда сын перечит ему. Человек, способный так меняться, остается все той же личностью, если говорить о костной структуре, коже и одежде. Тогда что же меняется внутри него? И чем сменяется?
Именно этот вопрос волновал Берна на заре развития транзактного анализа.