Как читать книгу

Литеpатуpа началась с поэзии, с песни кочевника, котоpая пpедшествует писанине оседлости.

Чтобы развить хороший вкус в литературе, надо читать поэзию.

Поэзия пpоявляется быстpо и качество языка в ней дает себя почувствовать немедленно.

Будучи высшей фоpмой человеческой pечи, поэзия не только самый сжатый, но и наиболее конденсиpованный способ пеpедачи человеческого опыта; она также пpедлагает наивысшие из возможных стандаpты для любого лингвистического действия — особенно на бумаге.

Именно сопpотивление клише и отличает искусство от жизни.

Hикто не становится моложе и читая книгу. А коли это так, наше естественное пpедпочтение должно быть отдано хоpошим книгам.

как раз общество - по сравнению с интеллектуальной стойкостью практически любого поэта - оказывается в роли слабака и остается в проигрыше.

поэт никогда не остается в проигрыше.

поэзия, предшествовавшая нам, по существу - наш генофонд.

Цель демократии ее просвещение. Демократия без просвещения - это в лучшем случае джунгли с компетентной полицией и с одним назначенным великим поэтом в качестве Тарзана.

Обществом, в котором роль мирских святых играют несколько поэтов, будет труднее управлять, поскольку политикам придется предлагать уровень размышлений, не говоря об уровне красноречия, по крайней мере не менее высокий, нежели тот, что предлагают поэты.

поэты являются не столько образцами для подражания, сколько интеллектуальными пастырями, независимо от того, сознают они это или нет, и даже лучше, если не осознают.

эстетика - мать этики, а не наоборот.

человек, не способный к членораздельной речи, не способен к адекватному словесному выражению, прибегает к действиям. Поскольку словарь действий ограничен, так сказать, нашим телом, человек непременно прибегнет к насильственным действиям, расширяя свой словарь оружием - там, где должен был бы встать эпитет.

в чтении мы кочевники.

История, в сущности, - просторная библиотека, заполненная литературными произведениями, которые больше разнятся по стилю, нежели по сюжету.

Историю нации, как и историю индивидуума, составляет скорее то, что забыто, нежели то, что памятно.

Если вы не хотите быть мишенью, вы должны двигаться.

когда история делает очередной ход, она застает нас врасплох.

чем больше мы учимся у истории, тем менее эффективно мы порой действуем в настоящем.