Последний сеанс

У Джеффри есть эта Слепая Вера. Как у всех детей. Становясь старше, мы теряем ее - просто отбрасываем как ненужную вещь. Иногда, когда мы становимся совсем старыми, слабый отблеск возвращается к нам, но ярче всего волшебная лампа сияет в детстве. Вот почему, я думаю, Джефф сумеет помочь этому мальчику.

Священник, адвокат и доктор остались одни. Четвертый угол купе был пуст.

Поскольку все только и говорят что о разгневанном духе древнего фараона, то вы можете преспокойно зарезать кого угодно при свете дня, и его смерть тоже отнесут на счёт вмешательства старинного заклятия – вот как велика власть сверхъестественного над обычной человеческой натурой.

И поныне считается, что трагедия экспедиции – неопровержимое доказательство неотвратимости мести древних египетских царей всем тем, кто посягнет на сокровища их гробниц. Впрочем, как объяснил мне Пуаро, это совершенно противоречит всем верованиям и учениям древних египтян.

– Вам ведь приходилось иметь дело с подобными вещами, не так ли, Кэрстайрс? Вы обследовали так называемые заколдованные дома. Каково ваше мнение об этом?
– В девяти случаях из десяти – мошенничество, – ответил я. – Но десятый – реальность. Я обнаружил феномен, абсолютно необъяснимый с обычной материалистической точки зрения. Я убежденный оккультист.

Какая лампа дарит свет
Тем детям, что бредут во тьме?
"Слепая вера", – небеса в ответ.

У Джеффри есть он – слепая вера. Все дети наделены ею. Когда мы становимся старше, мы теряем ее – просто отбрасываем за ненадобностью. Порой, когда мы становимся довольно старыми, легкие отблески этой веры возвращаются к нам, но самым ярким светом лампа горит для нас в детстве. Вот почему, по-моему, Джеффри вполне может кому-то помочь.

– Я всегда слышала, что они очень хитрые, – заметила миссис Эверслей. – Я имею в виду психов.

– Чрезвычайно хитрые. Подавление определенной мании часто приводит к катастрофическому результату. Всякое подавление опасно, как учит нас психоанализ. Человек, имеющий возможность удовлетворять свои безобидные эксцентрические привычки, редко переходит границы. Но мужчина, – он запнулся, – или женщина, совершенно нормальные на вид, могут в действительности представлять большую опасность для общества.

Все нормальные люди предчувствуют опасность, когда она близка

... у убийцы сплошь и рядом возникает сильное желание повторить удавшееся преступление, он просто не в силах бывает преодолеть это желание.

В конце концов он позорно капитулировал, отказался от верблюда и пересел на маленького ослика.

Это был породистый и надменный дом, привыкший, чтобы его окружала только бескрайняя зелень полей.

- Наличие мотива и возможности - это еще не все, - заметил сыщик. - Надо иметь к тому же темперамент преступника!

Посмотри на погоду, льет дождь и дует ветер. Хорошая чашечка горячего чая - именно то, что нужно на ужин в такой вечер.

Нередко бывает так, что слова, произнесенные иносказательно, воспринимаются в буквальном смысле. Случается и обратное.

И я убедилась, что чем глупее ты выглядишь, тем лучше к тебе относятся.

– Она злая, испорченная, говорю я вам. Она вынимает хлеб из вашего рта, снимает с вас одежду и… забирает душу. – Вдруг она судорожно схватила меня за руки: – Я боюсь ее! Я постоянно слышу ее голос. Он звенит у меня не в ушах, а прямо в мозгу. – Костяшками пальцев Фелиция постучала себя по лбу. – Она унесет меня, унесет куда-то далеко. И что тогда со мною будет?

– Вот и вы говорите: «нервы, нервы», – взвился доктор Кларк. – Многие мои пациенты вот так же произносят это слово, а потом смеются, утверждая, что у них, наверное, просто расшалились нервы. Современная медицина лечит не причины, о которых мы знаем не больше, чем во времена королевы Елизаветы, а следствия нервных расстройств!

– У нас здесь собрался довольно необычный триумвират: церковь, закон и медицина, – с улыбкой заметил доктор.

Между ними существует тайна, которую не имеет права знать даже старый друг. И все-таки это невероятно. Но что, собственно, произошло? Ничего, кроме нескольких взглядов и волнения жены.