Москва 2042

"Москва 2042", наверно,в сравнении с Иваном Чонкиным не является главным произведением Войновича, но всё же, как мне представлялось широко ценится публикой. Что же, по прочтении сложилось какое-то томное впечатление о том, что любовь к автору больше сложилась из факта дессидентства автора, нежели из его творческих заслуг. Хотя сампо себе жанр антиутопий из всех мной ранее прочитанных, как будто бы не даёт для автора таких широких диапазонов для новаторства, как многие другие художественные жанры, всё всегда об одном и том же.

Первый раз я прочитал эту книгу в 2008 году, посмеялся и забыл. Вопреки расхожему мнению, "Москва-2042" — не антиутопия, это скорее пародия на антиутопию, точно так же, как другая известная книга Войновича — "Жизнь и необычные приключения солдата Ивана Чонкина", представляет собой пародию на приключения Швейка, созданные классиком чешской сатиры Ярославом Гашеком. Ну пародия и пародия, что в этом плохого, Войнович тоже сатирик, пародии писать имеет право, тем более, что получаются они у него хорошо. Но не так давно мне довелось слышать Войновича на "Эхе Москвы", где он вообще частый гость, и вот он доказывал радиослушателям, что в книге "Москва-2042" он угадал современную российскую действительность. Мне пришлось книгу перечитать.

Перечитав, я остался при прежнем мнении: качественная пародия на антиутопию, не более, и угадал Войнович не так уж и много. Но есть один важный момент, который нужно прояснить. Многие поклонники "Москвы-2042" пытаются отыскать общие элементы у Москорепа и современной России. При том, что их нет и быть не может. Москореп, и построенный в нём "коммунизм в отдельно взятом городе" — это гротескно изображённый и доведённый до полного абсурда Советский Союз, и все изменения и реформы за промежуток с 1982 до 2042 года там происходили по привычной маразматической медотике. Но зато есть масса общего у современной России и у того, что появилось на месте рухнувшего в 2042 году Москорепа, а именно возрождённого царского самодержавия, во главе с императором Серафимом Первым, он же Сим Симыч Карнавалов. Первые указы Сим Симыча о поголовном крещении всех подданных, об отмене всех наук и замене их на изучение закона божьего, словаря Даля и трудов Его Величества, о запрете западных танцев и т.д., действительно напоминают то, что мы имеем сейчас. Разве что до запрета транспорта и замены его на живую тягловую силу дело пока не дошло. С другой стороны, год на дворе тоже не 2042 пока. Даже нынешних ряженых казаков, громящих неугодные им культурные мероприятия, сложно отличить от ряженых казаков Серафима Первого, с двумя из которых он въехал на лошадях в Москву по Минскому шоссе, причем один из этих казаков был негром, а другой евреем. Разница лишь в том, что в реальности в Москву никто на белом коне не въезжал и возрождением пещерной патриархальности и религиозного мракобесия у нас занимаются те же люди, что не так давно строили социализм.

Прежде, чем закончить, нужно развенчать распространённое заблуждение, что за личностью Сима Симыча Карнавалова, бывшего зэка, писателя и будущего самодержца всея Руси, скрывается Солженицын. Такое ложное мнение может сложиться только при невнимательном чтении. Внимательный читатель заметит, что и Солженицын и его высылка из СССР упоминаются в этой книге отдельно, как события, предшествующие появлению на литературном небосклоне звезды Сим Симыча. Сим Симыч — это идейный последователь Солженицына, который манеру поведения и образ мыслей своего предшественника гипертрофировал и довёл до ручки, до их логически-абсурдного завершения. А вот в главном герое, от лица которого ведется рассказ, можно узнать самого автора — В.Н. Войновича, в том числе по эпизодам его биографии. Но вернёмся к нашим скрепам и москорепам.

Так что же? Получается, некоторые вещи Войнович всё-таки предугадал? И да, и нет. Еще за 2500 лет до Войновича древнекитайский философ Лао Цзы заметил, что каждое явление, дойдя до своего предела, обращается в свою полную противоположность. Таким образом, пусть и неуклюжий, но стремящийся к справедливости экспериментальный модернизм реального СССР и вымышленного Москорепа, дойдя до предела, обратился в свою полную противоположность — дремучую архаику с религиозным диктатом, консервативной моралью, ненавистью ко всему "чуждому", и многими другими традиционными ценностями, которыми столь богата и Империя Сим Симыча, и современная Россия. Заслуга Войновича лишь в том, что он, как неглупый человек, почувствовал, что явление скоро дойдёт до своего предела, и остроумно, с живым юмором, описал свои фантазии на эту тему. Но при этом сильно, на полвека, ошибся в сроках. Если так пойдет и дальше, то к 2042 году маятник Лао-Цзы качнётся ещё раз, и мы увидим нечто, что не будет похоже ни на Москореп, ни на монархию Серафима Первого. Но за художественность произведение достойно высокой оценки. 8/10.