Девчата

- Всё-таки сволочи мы... - подумала вслух Анфиса.

• Скучно живем, - оправдался Илья.- Раньше я думал: главное - хорошо работать, а всё остальное приложиться. Черта лысого! Вот и портреты с меня малюют, а что толку?.. Вроде не весь занятой, понимаешь?
• Каково мне это слышать? - деланно закручинилась Анфиса и посоветовала Илье: - А ты запишись в струнный оркестр, чем не занятие? Помирать - так с музыкой!

Раньше Тося была почему-то уверена, что, как только ей объяснятся в любви, вся жизнь ее сразу переменится. А сейчас она увидела, что все в
общем-то осталось по-прежнему: с равнодушным железным грохотом катились колеса под полом платформы, по сторонам дороги в густеющих сумерках мелькали темные ели и серые расплывчатые березы. И даже собственный Тосин палец, порезанный сегодня на кухне и завязанный тряпочкой, все так же, как и до признания Ильи, мерз в рукавице.

— И где она такой пахучий одеколон достаёт? — удивилась Тося и украдкой от подруг подушилась запретным одеколоном.
— Тося! — окликнула её Вера.
— Чужой всегда лучше пахнет! — убеждённо сказала Тося.

— И зачем только говорят, что у нас все равны?
— Равны, но не одинаковы, — ответила Вера.
Тося растерянно поморгала, удивляясь по простоте душевной тому, сколько люди навыдумывали сходных и в то же время чем-то отличных друг от друга слов, за которые можно прятаться.

Да я когда полюблю, руками взмахну и полечу по воздуху!

Умора с тобой, лешак тебя возьми.

Надя по-мужски крякала при каждом ударе, и Тося, присмотревшись к ней, тоже начала крякать.

— На таких, как я, Илюша, не женятся, — твердо, как о давно решенном деле, сказала Анфиса. — Время провести — еще куда ни шло, а для женитьбы другие есть, морально устойчивые…

— И как ты не поймешь: мало одной красоты для настоящего счастья!

Она издали окликнула:
— Эй, как тебя, пить будешь?
— Это кто там пищит? — удивился Илья.