Случай с кухаркой из Клапама

Что может случиться с доверчивой женщиной, 10 лет проработавшей кухаркой? И на что способен хитроумный мужчина, преследующий свою цель? Все не так страшно, как может показаться на первый взгляд, но, как обычно, не без криминала.

И как всегда мое внимание привлекла магия чисел. Почему у Агаты Кристи, как и у Стивена Кинга, постоянно фигурируют какие-то четкие цифры, явно выбивающиеся из общего повествования? Почему Пуаро возмущенно кричит, что "36 раз нет" и что готов потратить 36 сотен гиней?...

Миссис Тодд обращается к Эркюлю Пуаро с просьбой разыскать свою кухарку. Мало того, что женщина ушла никого не предупредив, так ещё и имела наглость прислать за своими вещами! Что творится в голове у этих слуг?!

Сыщик поначалу не хочет браться за столь малозначительное дело. Но миссис Тодд  настойчива, а аргументы посетительницы  весьма убедительны. Ведь потеря  хорошей кухарки для неё столь же велика,

как потеря жемчужного колье для какой-нибудь графини.

Не смотря на комизм ситуации, Пуаро  соглашается расследовать столь тривиальный случай...

Ироничный детективный рассказ с хорошо прописанными персонажами. Мистер Тодд , с его замечанием по поводу пропажи кухарки.

Мужчины вообще не беспокоятся по таким пустякам. А жилец - доходный гость? С аппетитом завтракает и ужинает...

Пуаро шутит, если

А ещё мистер Тодд скуп. Поэтому, поразмыслив, миссис Тодд решается отказаться от услуг сыщика. В качестве компенсации, женщина выписывает Эркюлю чек на одну гинею.

Он даже согласен потратить свои собственные деньги и отказаться от других дел, чтобы докопаться до истины. Ведь теперь это дело чести!

А случай оказался не таким уж и тривиальным. И вскоре сыщику уже не до шуток. Ведь было совершено хладнокровное убийство.

Конечно же, Пуаро во всем разберется. Зло будет наказано. В этом леди Агата верна себе...

P.S. А как верно подмечено: даже самый разумный человек, в глубине души надеется, что найдется "заокеанский дядюшка", который оставит ему наследство...

Праздная атмосфера царила тем утром в квартире, которую снимали два закадычных друга. Артур зачитывал вслух газетные заголовки и веселился, Эркюль же, пребывая в довольно ворчливом настроении, отмахивался от этих “скучных делишек” и строил планы на день: вывести жирное пятно, убрать зимнее пальто, подровнять свои усы... Уютную идиллию разрушила бойкая дамочка, потребовавшая встречи с известным детективом. Этот самый детектив совсем не впечатлил миссис Тодд, она в свою очередь совсем не впечатлила его, капитан же, наблюдая за столкновением двух высокомерных позёров, не мог сдержать улыбки, и да, это и правда было забавно, как, впрочем, и проблема, с которой вышеупомянутая особа ворвалась в эту тихую обитель. «Во всём виновато это зловредное пособие! Надо прекратить его выплачивать, вот что я вам скажу», – сокрушалась мадам, потому что ну правда, слуги стали вести себя не как рабы, а как... люди! Возмутительно. Десять лет у неё проработала кухарка, а потом взяла и ушла без объяснений, ну какая наглость! Пуаро это “дельце” не впечатлило. Он даже на секунду разозлился: чтобы он, великолепнейший, занимался поиском кухарки?!! Впрочем, ему всё-таки пришлось взяться за эту “мелкую рыбёшку”, ибо случилось страшное: было затронуто пуаровское эго, вещь, как известно, чрезвычайно хрупкая. «Да, да, Гастингс, похоже, нам придётся заняться непривычным дельцем...».

Сначала дело казалось лёгким и весёлым, чего только стоил разговор со служанкой, которая по секрету заявила, что Элизу Данн наверняка соблазнили турки (это было... неожиданно), а тут ещё и обнаруженная связь с банком, который был накануне ограблен (тут опять же теория про побег, без турок, правда, но зато с озолотившимся мошенником). Неизвестно чем закончилось бы это расследование, если бы оно не было... отменено. Поговорив с супругом, клиентка решила отказаться от услуг великого, и да, тот рассвирепел. Очень сильно рассвирепел. Разгневанный мсье – это нечто совершенно исключительное, конечно: «Ну уж нет! Зря они думают, что им удастся так легко избавиться от Эркюля Пуаро!». Все прочие дела были решительно отодвинуты в сторону, теперь он занимался только делом о пропаже кухарки, и что это было за дело! Казалось бы, что такого может крыться в том, что пропавшая обожала персиковый компот? И что особенного в старом дорожном сундуке? Мелочи, да вот только в них и крылся ответ, причём ничего смешного в нём не было, хотя тот факт, что наивная женщина поверила, что якобы близкая подруга бабушки по материнской линии завещала ей, незнакомке, целый дом... ха, classic, как и труп в чемодане, но как завернули-то (не труп, а дело). Вот вам и “делишко”, на которое не стоит тратить своё драгоценное время. А хороший урок получил Пуаро, ничего не скажешь. Он и сам это понял: та самая гинея, заключённая в рамочку, всегда будет ему об этом напоминать.

«В виде одолжения... великого одолжения... я согласился расследовать их ничтожное, пустячное дельце... а они беспардонно смеют отказываться от моих услуг!», – да как они смеют!.. дальше – больше: «Но я говорю: нет и нет! Тридцать шесть раз нет! Я готов потратить мои собственные гинеи, а если понадобится, истрачу хоть тридцать шесть сотен гиней, но раскрою-таки тайну нашей кухарки!», – полыхнуло знатно. Идеальная история, всё в ней было: и напомаженные усы, и серые клеточки, и театральная напыщенность, а сколько тонких издёвок! Понравилось, как были высмеяны сыщик и клиентка, они были из разных классов, но при этом так отзывались друг о друге... два сноба встретились, как говорится, и это было так показательно, то самое классическое, когда богатые считают всех бедных глупыми, а бедные богатых – ограниченными, и зря Гастингс над ними смеялся, потому что ему бы самому в зеркало глянуть, много чего интересного бы обнаружил (вот это особенно поучительно, кстати: смеёшься над другим, а сам-то...). Что касается расследования, то на данный момент оно определённо входит в тройку лучших, это было запутанно, забавно и – внезапно – захватывающе. Одно сплошное удовольствие расслабиться в компании такого симпатичного рассказа, и чтобы за окном шумел ливень, на коленях мурчала кошка, руки грела чашка чая... c'était excellent!

Давно не читала я про Пуаро )
Итак, Пуаро сидит, скучает, предвкушает великие дела – пятно вывести с новенького костюма. Зимнее пальто надо убрать. Да и усы требуют подравнивая! Напомадить и уложить )
Короче – дел – ворох!
Гастингс пытается заинтересовать великого сыщика – читает заголовки в газетах. Может что нибудь за заинтересует Пуаро. Но….. всё это слишком мелкое. И не стоит внимания.

Я не ожидала, что книга затянет ) правда – ну какой детектив можно сделать на стольки страничках? Когда тут заинтересоваться то успеешь? :) Какая интрига? Откуда ей взяться то?

А вот ещё чего я не ожидала вообще – морали )

Вот, читатель, тебе на примере великого и умнющего сыщика – учись!

На момент происхождения этого рассказа- Пуаро уже был весьма известным детективом. К нему обращались многие известные люди: крупные бизнесмены, политики и даже премьер-министр Великобритании. Короче Пуаро - это не просто сыщик, а тяжёлый люкс в мире детективов. И вот однажды, к Пуаро приходит домохозяйка, которая хочет, чтобы он нашёл её кухарку. Она вышла по делам, и прислала записку о том, что просит вернуть её вещи. Хозяйка в недоумении, почему кухарка не хочет у неё работать. Пуаро в недоумении, как он дожился до таких дел

Если первые произведения Агаты были очень интересными, но тяжёлыми в чтении (тяжело запомнить имена новых персонажей, не вдохновляет произведение), то вот здесь уже чувствуется, что писательница "набила руку". Очень легко читается, очень интересен сюжет, и прекрасный юмор.

Мне больше всего понравилась сцена, где Пуаро "снизошёл" к столь мелочному делу и решил помочь женщине, целый день опрашивал её слуг, но толком ничего не нашёл и решил ещё день подумать над этим вопросом. Но на утро ему прислали одну гинею со словами "Ничего страшного, что у вас не получилось раскрыть наше дело. В ваших услугах мы больше не нуждаемся. Эти деньги вам утешение". И Пуаро начал сердиться и ругаться, а затем тратить свои деньги, чтобы доказать, что он хороший детектив. А в конце расследования, эту гинею он повесил у себя в рамочку. Чтобы никто больше не мог упрекнуть Пуаро в его работе