Цитаты из книги Огоньки

Я с удивлением посмотрел на Тюлина, и в моем уме блеснула внезапная и неожиданная догадка: физиономия Тюлина припухла, а под глазом стоял фонарь, очевидно, новейшего происхождения. - Тюлин, голубчик! - Ну, что? - Отчего у тебя синяк? - Синяк… Да отчего ему быть, синяку? - Да ведь тебя, Тюлин, должно быть, били. - Кто меня бил? - Артельщики. Тюлин задумчиво посмотрел мне прямо в глаза и сказал: - Разве-либо от этого… Да, слышь, и били-то не очень шибко. Пауза, взгляд на меня, и во взгляде мелькающая догадка: - Разве-либо не Парфен ли это меня саданул? - Пожалуй, что и Парфен, - опять помогаю я медленному процессу нового приближения к истине. - Беспременно Парфен. Такой, скажу тебе, вредный мужичишко – завсегда норовит как бы нибудь человека испортить…

- Отчего бы такое голову ломит? – обращается он опять ко мне тоном самого трогательного доверия. Угадать причину не трудно: от бедняги Тюлина водкой несет, точно из полуштофа, и даже до меня, на расстоянии двух сажен, то и дело доносятся острые струйки перегару, смешиваясь с запахом реки и береговой зелени. - Кабы выпил я, - говорит Тюлин в раздумье, - а то не пил. Голова его опускается еще ниже. - Давно не пью я… Положим, вчера выпил… И опять Тюлин погружается в глубокое раздумье. - Кабы много… Положим, довольно я выпил вчера… Так ведь сегодня не пил! - Так это у тебя, видно, с похмелья, - пробую я вывести его на настоящую дорогу. Тюлин смотрит на меня долго, серьезно и чрезвычайно вдумчиво. Догадка, очевидно, показалась ему не лишенною основания. - Разве-либо от этого. Нонче немного же выпил я.