Цитаты из книги Манфред

Ведь даже те, что в небеса не верят, Живут какой-нибудь земной мечтой, Прильнувши к ней, как тонущий к тростинке.

"Среди твердынь, сровнявшихся с землёю Кровавый цирк стоит ещё доныне, Ещё хранит в руинах величавых Былую мощь, но Цезаря покои И Августа чертоги уж давно Подверглись в прах и стали грудой камня. И ты, луна, на них свой свет лила, Лишь ты одна смягчала нежным светом Седую древность, дикость запустенья, Скрывая всюду тяжкий след времён!" (с)

"Мы все - игрушки времени и страха. Жизнь - краткий миг, и все же мы живём, Клянём судьбу, но умереть боимся." (с)

Люблю я ночь, - мне образ ночи ближе, Чем образ человека, в созерцанье Ее спокойной, грустной красоты, Я постигаю речь иного мира.

Мы все - игрушки времени и страха. Жизнь - краткий миг, и все же мы живем, Клянем судьбу и умирать боимся.

В венке из роз. — Вот твой удел. А мой — Но что о нем — во мне уж все убито.

— Ведь я живу — ты видишь. — Такая жизнь — болезненные корчи.

Есть чья-то власть, что жизнь нам сохраняет, Что заставляет жить нас, если только Жить значит пресмыкаться на земле И быть могилой собственного духа, Утратив даже горькую отраду - Оправдывать себя в своих глазах!

Старик! Поверь, смерть вовсе не страшна!

От самых юных лет Ни в чем с людьми я сердцем не сходился И не смотрел на землю их очами; Их цели жизни я не разделял, Их жажды честолюбия не ведал, Мои печали, радости и страсти Им были непонятны. Я с презреньем Взирал на жалкий облик человека, И лишь одно среди созданий праха, Одно из всех… — но после. Повторяю: С людьми имел я слабое общенье, Но у меня была иная радость, Иная страсть: Пустыня.

Мы все — игрушки времени и страха. Жизнь — краткий миг, и все же мы живем, Клянем судьбу, но умереть боимся. Жизнь нас гнетет, как иго, как ярмо, Как бремя ненавистное, и сердце Под тяжестью его изнемогает; В прошедшем и грядущем (настоящим Мы не живем) безмерно мало дней, Когда оно не жаждет втайне смерти, И все же смерть ему внушает трепет, Как ледяной поток.

О нет - нет - нет! Я только тех губил, Кем был любим, кого любил всем сердцем, Врагов я поражал, лишь защищаясь, Но гибельны мои объятья были.

Мы все — игрушки времени и страха.
Жизнь — краткий миг, и все же мы живем,
Клянем судьбу, но умереть боимся.

Ты думаешь, что наша жизнь зависит От времени? Скорей - от нас самих. Жизнь для меня - безмерная пустыня, Бесплодное и дикое прибрежье, Где только волны стонут, оставляя В нагих песках обломки мачт, да трупы, Да водоросли горькие, да камни!

Я участью ни с кем не поменяюсь: Я удручен, но все же выношу То, что другому было б не под силу Перенести не только наяву, Но даже в сновиденье.

Да я б не взял бессмертной славы Телля, Чтоб быть тобой. Но повторяю: в гневе Спасенья нет; неси свой крест покорно.

Ты странный и несчастный человек; Но каковы бы ни были страданья, Каков бы ни был грех твой, есть спасенье: Терпение, смиренье и молитва.

Как прекрасен, Как царственно-прекрасен мир земной, Как величав во всех своих явленьях! Лишь мы, что назвались его царями, Лишь мы, смешенье праха с божеством, Равно и праху чуждые и небу, Мрачим своею двойственной природой Его чело спокойное, волнуясь То жаждою возвыситься до неба, То жалкою привязанностью к праху, Пока не одолеет прах и мы Не станем тем, чего назвать не смеем, Что нам внушает ужас.

Благая цель оправдывает средства.