Мандариновый год, или Идеальный вариант

…Если есть на свете место, где тебя примут любую – наглую, глупую, беспардонную, то это твой дом. И надо быть полным, клиническим идиотом, чтоб его ломать.

Сначала она лежала и ничего не понимала. Лежала, как срубленное дерево, которое ещё и дерево, но уже и дрова.

…как хороша могла быть женщина, если бы ей вовремя об этом сказали.

Это чепуха, когда говорят, что любить можно один раз. Сколько угодно! Просто каждый раз это совсем другая любовь, и может статься, что той, которая нужна тебе, чтоб уже с ней и умереть, у тебя никогда не будет.

Непедагогично дурака называть дураком.

«Наконец-то, – подумал он. – Выход всегда должен быть таким прямым и светлым…»

Все самое главное в жизни человека бывает один раз. Она, Анна, знает это точно. Все, что во второй раз, – вторично.

Никогда в жизни не допустит она, Ленка, этого одного-единственного одеяла. Нет средств на два, живи одна. Вот так формулировала свое жизненное кредо Ленка.

У него была своя теория женской загруженности, которая звучала примерно так: «Слухи об этом несколько преувеличены».

Всякое вольнодумство от праздности. А эта болезнь нам не грозит.