Роковая музыка

– О… Э… Дед?
– ДА?
– Э… качели. Те, что в саду. Я хочу сказать… они были очень хорошими. Хорошими качелями.
– ПРАВДА?
– Я была слишком молода, чтобы понять это.
– ТЕБЕ ОНИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОНРАВИЛИСЬ?
– У них есть… свой стиль. Сомневаюсь, что у кого-либо еще были такие качели.
– СПАСИБО.

– Я ВСЕГДА БУДУ РАД ВИДЕТЬ ТЕБЯ У СЕБЯ.
– Спасибо.
– И ТЫ ВСЕГДА НАЙДЕШЬ ТАМ ДОМ. ЕСЛИ ЗАХОЧЕШЬ.
– Правда?
– Я НЕ БУДУ ТРОГАТЬ ТВОЮ КОМНАТУ.
– Спасибо.
– В СМЫСЛЕ УБИРАТЬ.
– Извини.
– В НЕЙ ДАЖЕ ПОЛА НЕ ВИДНО. МОГЛА БЫ ХОТЬ НЕМНОГО ПРИБРАТЬСЯ.

Господин Клеть сел и оглядел обломки телеги. Вокруг бушевал огонь. И как он умудрился остаться целым и невредимым после такого полета?.. Тут он увидел, как сквозь пламя к нему направляется фигура в черной мантии.
В подобные вещи господин Клеть никогда не верил. Честно говоря, он вообще ни во что не верил. Но если бы он во что-то и верил, то уж всяко не в такую… мелюзгу.

Чудакулли сел и потянулся.
– Вставай, парень. Пора домой. И лично я с музыкой завязываю. Пусть ею всякие херцы занимаются.

Золто отчаянно цеплялся за сумку с деньгами, но пальцы проскальзывали сквозь материю. Лицо его искажал ужас от грядущего Смерти или, того хуже, бедности.

– Я не знаю, где находятся наши тела, – осторожно ответила она.
– Превосходно, – услышала она голос Золто. – Правда? Я здесь, а мое тело – неизвестно где. А как насчет моих денег?

Он сосредоточился на ритме. Многим людям вовсе не приходится так напрягаться, но в случае с Падлой даже простой хлопок в ладоши требовал от него небывалой концентрации сознания.

Новости распространялись быстро, особенно если лошадей оплачивал С.Р.Б.Н. Достабль…

– Кстати, а как убивают леопардов? – поинтересовался Нодди.
– У меня есть идея, – мрачно произнес Крэш. – Пусть он подавится Падлой.

– Это – деревенская телега, – сказал Золто. – Меня не обманешь, я ее всегда узнаю, даже если она выкрашена в синий цвет. К тому же весьма раздолбанная телега.
– Это все, что вы можете себе позволить, – откликнулся Асфальт. – Кстати, я постелил свежую солому.

Мир без музыкантов обладал определенной привлекательностью. Всех без исключения музыкантов аркканцлер считал нечесаными голодранцами. Очень негигиеничными.

– Итак, ты и Нодди будете на гитарах. А ты, Падла… ты будешь играть на барабанах.
– Но я не умею, – развел руками Падла, которого действительно так звали.
–  Никто не умеет играть на барабанах, – терпеливо объяснил Крэш. – Тут и знать-то нечего. Просто колоти по ним палками, делов-то!
– Да, а что, если я, типа, промахнусь?
– А ты сядь поближе.

– Я верю всем, кто дает мне деньги.

Я не слишком хорошо разбираюсь в людях, но некоторые зрительницы смотрели на тебя так, как гном смотрит на девушку, отцу которой принадлежат большой рудник и несколько богатых жил.

О нет, госпожа Ноно не была лишена сочувствия – несмотря на то что всю свою жизнь посвятила делу образования, – однако ж есть приличия, которые нужно блюсти…

В библиотеке хранились не только волшебные книги, прикованные цепями к полкам и чрезвычайно опасные. Здесь также содержались совершенно обычные книги, напечатанные на простой бумаге мирскими красками. Впрочем, было бы ошибочным считать их совершенно безопасными только потому, что при их чтении в небе не вспыхивают фейерверки. Чтение таких книг иногда приводит к куда более опасным последствиям - фейерверки вспыхивают в мозгу у читателя.

Я люблю скуку. В ней есть постоянство.

Утес склонился к гному:
— Это подкуп?
— Налогообложение, — возразил Золто.