Цитаты из книги Камешек в небе

— Для остальной части Галактики, если только там подозревают о нашем существовании, Земля — это галька в небе. Для нас же это — дом, единственный дом, который у нас есть. И все же мы ничем не отличаемся от вас, просто мы менее удачливы. Мы заключены здесь, на мёртвой планете, отрезанные стеной радиации от окружающей нас огромной Галактики, которая от нас отказалась.

Старики обычно забывают, как они умели думать в юности, забывают быстроту своих мысленных решений, смелость юношеской интуиции, живость воображения. Они привыкают больше задумываться над разнообразными причинами, и поскольку это в конечном итоге дает опыт, считают себя мудрее молодых.

Никто не потерян так, как человек, заблудившийся в запутанных коридорах собственного одинокого ума. Никто не беспомощен так, как человек, лишенный памяти!

Но я не могу лечиться, потому что слишком стар, и затраты на мое лечение не окупятся. Разве это не «странная культура?» Как еще можно назвать мир, где работоспособному человеку не дают работать?

Когда человек ещё полон сил, но прикован к инвалидному креслу, ему хочется чем-нибудь выразить своё отношение к происходящему.

Удивительно, что человек, проявляя необузданное любопытство в исследовании атома, способного погубить в считаные секунды половину человечества, обладает столь же удивительной способностью рисковать собственной жизнью ради спасения другого человека

Противник, у которого слишком много достоинств, может одержать победу.

Нет большего одиночества, чем одиночество человека, заблудившегося в бесконечных извилистых переходах собственного разума, куда никто не может проникнуть и где никто не спасёт.

Земля - это галька в небе. Для нас же это - дом, единственный дом, который у нас есть.

Они не будут слушать. И знаете почему? Потому что у них есть определенные устоявшиеся идеи относительно прошлого. Любые перемены, даже основанные на правде, были бы святотатством в их глазах.

Любая планета — «Земля» для живущих на ней.

— … автор пишет, что изобрёл некий прибор, названный им «синапсатор», который якобы повышает способность нервной системы млекопитающих к восприятию.

— Как известно, белки <…> образуют замысловатые трёхмерные фигуры, столь же неустойчивые, как солнечный луч в пасмурный день. Эта неустойчивость и есть жизнь — ведь она постоянно колеблется, чтобы сохранить себя, подобно тросточке на носу акробата.

Однако нет ничего более постоянного, чем временное.

Можно относиться к смерти философски, даже ожидать её, но тело - дикое животное, которое ничего не хочет знать.

... не лишним было бы пожелать, чтобы провидение удержало человеческую натуру (и проклятую человеческую гениальность) от склонности каждое невинное и интересное открытие превращать в смертоносное оружие.

Вас очень беспокоит моя занятость, когда вы хотите обойтись без меня.

Не стоит верить обещаниям чужаков.