
Классическая
ilarria
- 726 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Все смотрели/читали историю про Бенджамина Баттона? Это о мужчине, который родился старым и с годами молодел, в то время, как в реальности, все происходит наоборот. Наверно (да я бы сказала точно) каждый мечтал о том, чтобы прокрутить свою жизнь или любой момент из неё назад. Где-то погрустить, где-то порадоваться или посмотреть на свои ошибки и проанализировать. Вот и герой рассказа, предложил нам на некоторое время погрузиться в прошлое. Он увидел кино, в котором все происходило назад и попросил нас представить это действие до периода в истории России, когда началась Революция 1917 года. Ему так хотелось поставить на паузу этот момент, когда не было войны, а было счастье. Рассказ читается за пару минут, но такое чувство будто ты прожил чужую жизнь. Может имеет смысл, периодически, в голове прокручивать свою жизнь назад и делать выводы, стараясь в будущем не допускать ошибок? Или хотя бы представить, что случится, если мы сделаем что-то по-другому и к чему это приведет? Аверченко может писать как шутливые рассказы, так и те, над которыми можно и нужно думать.

Произведение: Гениальное произведение!!!
В рассказе короче десяти минут Аверченко удалось с одной стороны пересказать историю Революцию 1917 года, а с другой раскрыть думы и проблемы того времени. Задумка манеры повествования мне очень понравилась, а сюжет затрагивает за живое. Не хочу пересказывать ни сюжет, ни как был написан этот рассказ, чтобы Вы самостоятельно прочувствовали его на себе (именно не прочитали, а прочувствовали). Слушал его в 2017 году, и с удовольствием переслушал сейчас, чего и вам желаю.


Однажды в кинематографе я видел удивительную картину: Море. Берег. Высокая этакая отвесная скала, саженей в десять. Вдруг у скалы закипела вода, вынырнула человеческая голова, и вот человек, как гигантский, оттолкнувшийся от земли мяч, взлетел на десять саженей кверху, стал на площадку скалы – совершенно сухой – и сотворил крестное знамение так: сначала пальцы его коснулись левого плеча, потом правого, потом груди и, наконец, лба.
Он быстро оделся и пошёл прочь от моря, задом наперёд, пятясь, как рак. Взмахнул рукой, и окурок папиросы, валявшийся на дороге, подскочил и влез ему в пальцы. Человек стал курить, втягивая в себя дым, рождающийся в воздухе. По мере курения, папироса делалась все больше и больше и, наконец, стала совсем свежей, только что закуренной. Человек приложил к ней спичку, вскочившую ему в руку с земли, вынул коробку спичек, чиркнул загоревшуюся спичку о коробочку, отчего спичка погасла, вложил спичку в коробочку; папиросу, торчащую во рту, сунул обратно в портсигар, надулся – и плевок с земли вскочил ему прямо в рот. И пошёл он дальше также задом наперёд, пятясь, как рак. Дома сел перед пустой тарелкой и стаканом, вылил изо рта в стакан несколько глотков красного вина и принялся вилкой таскать изо рта куски цыпленка, кладя их обратно на тарелку, где они под ножом срастались в одно целое. Когда цыпленок вышел целиком из его горла, подошёл лакей и, взяв тарелку, понёс этого цыпленка на кухню – жарить… Повар положил его на сковородку, потом снял сырого, утыкал перьями, поводил ножом по его горлу, отчего цыплёнок ожил и потом весело побежал по двору.

















