Императоры иллюзий

– У нас планета мирная, добрая. У нас только негодяи да бездельники пропадают.
– Лешка, пропасть можно по-всякому. Даже оставаясь живым и здоровым, с хорошенькой женой, здоровыми ребятишками и приличным счетом в банке. Для некоторых – не это главное.

Прошлому можно вернуть имена. Можно вспоминать его. Главное - не делать мертвое живым.

Никогда не жалей о чужих недосмотренных пьесах. Пиши свою.

– Я не знаю, получится ли.

– Никто не знает. Но обычно – получается. Плохо ли, хорошо ли – другой вопрос.

У нас в общине считают, что так вот и надо жить – храня преемственность поколений, дух, народность и моральные ценности.

Нельзя давать людям бессмертие, если они всего лишь звери.

Легко сказать – пойду спать. Куда труднее прийти и уснуть

– Ты здесь всю жизнь прожил?

– Угу.

Наверное, хочет сказать, как это скучно. Что ж, я и сам понимаю.

– И никуда не приходилось улетать?

– Нет.

Он как-то хмуро улыбнулся.

– Я тебе завидую.

– Чего?

– Когда-то я мечтал путешествовать. Потом перестал.

– Почему?

Артем пожал плечами:

– Да потому что у всех путешествий бывает конец.

Есть такие религии, которые считают, что весь мир – это сон. Сон бога, придумавшего мир. Твой собственный сон. Сон какого-то ничем не примечательного человека. Это, наверное, многое объясняет, если так думать, сны – они ведь всегда в чем-то ужасны. Даже красивый и добрый сон страшен тем, что приходится просыпаться.

Может быть, и впрямь это все – сон?

– Пойдем, Леша. – Священник похлопал меня по плечу. – Сигаретку будешь?

– Давайте, отец Виталий. А не вредно, перед боем?

– Она облегченная, быстро пройдет.

Я вдохнул сладкий дымок марихуаны. Благодарно кивнул священнику. И мы молча неглубоко затягиваясь, пошли к площади.

Это первый урок, мальчик. Лики прошлого стерты. Только во снах мы узнаем их сразу.
Второй урок. Прошлое безвредно для нас. Но если очень стараться, то мы можем оживить его. Дать новое тело и новую душу.
Третий урок. Прошлое может ударить - если мы сами этого хотим. И мы можем привыкнуть к боли, даже полюбить ее.
Четвертое, самое главное. Прошлое мертво. Прошлого нет. В нашей власти убить его навсегда, или просто отвернуться, или вдохнуть жизнь в тлен.

Когда-то Тэ-Ка 84 был очень перспективным миром. Внесённый в реестр колониального управления Империи, он ждал лишь корабля с первой партией поселенцев, чтобы вспыхнуть на звёздной карте цветами человеческой расы.

...кто-то способен понять логику гиперпереходов, а кто-то - нет.

Остаётся полагаться на Её Величество Теорию Вероятности... и шестое чувство.

...эта раса не терпела несвободы.

...только зрительная память позволяла им надёжно хранить информацию.

Никто не выйдет из скорлупы, даже тот, кто родился без неё...

Фильм был цветным, но не объёмным, и это приводило его в ярость.

Ей действительно нравились старые фильмы.

«Иллюзион» был самым роскошным из таурийских кинотеатров. Ему предстояло прожить дольше всех остальных, обслуживая те пять процентов населения, которые в силу вязкости характера надолго застревали на культурных увлечениях. Для подобных лиц ещё работали на каждой планете две-три публичные библиотеки с бумажными книгами, несколько тиров с пороховым оружием, кое-где сохранились трамплины - отголоски десятилетней давности лыжного бума.