Латерна магика

«Времени и пространства не существует; цепляясь за крохотную основу реальности, воображение прядет свою пряжу и ткёт узоры: смесь воспоминаний, переживаний, свободной фантазии, вздора и импровизаций».
Август Стриндберг

Жестокий мир кино. Жестокий Ингмар Бергман, неумолимый и безжалостный - по отношению к себе. Книги, подобные этой, – не автобиографии в классическом понимании как последовательное описание собственной жизни, а некий вариант самоанализа или саморазоблачения – часто называют автобиографиями души. И душа Ингмара Бергмана исключительная!

Вероятно, история, рассказываемая великим шведским режиссёром, может испугать впечатлительного читателя: грубая откровенность, интимные, не-для-посторонних эпизоды, неприлично-жутковатые сцены. Может быть, таким способом Бергман старался «отпугнуть» праздно любопытствующего читателя? Но перечисленное - лишь малая часть книги, быть может, необходимые для писателя подробности, без которых история души была бы неполной, даже лживой. Что же такое «Латерна магика» в целом, наиболее точное представление даёт, пожалуй, цитата из «Игры снов» Стриндберга, выбранная в качестве эпиграфа.

Автобиография всегда очень личная книга, это естественно; но отсюда вытекает насущная необходимость, изображая события и людей, суметь отстраниться, взглянуть со стороны, чтобы создать достаточный обзор. Бергману, в том числе в силу профессиональных навыков, это удалось блестяще. Автор-герой - человек сильных чувств и глубоких переживаний, страстный, впечатлительный, но не сентиментальный. Поэтому и его воспоминания, можно уверенно сказать, не страдают излишней литературностью, изяществом слога или декоративным повествованием – это констатация фактов, не мелодраматическое описание событий и не ностальгия по ушедшим временам. За одним, нет, кажется, двумя исключениями: нежелание писать о жене и финал. «Мы с женой очень близки. Один думает, второй отвечает, или наоборот. У меня не хватает слов, чтобы описать наше сродство. Но есть одна неразрешимая проблема: в один прекрасный день удар косы нас разлучит». Предчувствие будущего – не это ли результат долгого общения с «демонами», умения слушать и понимать предсказания бессознательного? Автобиография была окончена в 1986 году, Ингрид фон Русен умерла в 1995-ом году, Ингмар Бергман прожил ещё 12 лет.

Да... И финал. Очень кинематографичный – в смысле завершающий, ставящий точку и символичный в контексте всей книги, но, опять же на языке кинематографии, повисший в воздухе. Наверное, и не могло быть иного финала для объективно неоконченной истории? Ещё раз сказать о правиле, которому автор-герой следовал всегда, теперь с некоторым сентиментальным настроением, девиз жизни или унаследованное умение (чуть ли не единственное, что было общего у его родителей): надо справляться, самому, по мере сил. Так Бергман и жил.

Опущен занавес и разошлись актеры , Маэстро грустно смотрит на сцену где разыгравала роль его жизнь. Сложный человек , ранимый , можно сказать подавленный своими родителями . Но он смог найти свой путь в театре и кино. Его фильмы это отражение его души , герои его фильмов задают те вопросы которые он не решился задать сам. В этой книге он говорит о себе , не стесняясь а просто изливая душу.
Как так получается что велике люди несчастны в жизни ? Секрет его генеальности в его пути мученика ? Если говорить о его фильмах то Зимний свет и Персона больше всего меня тронули . Там нет счастливого конца , и фильмы тяжёлые когда вы смотрите их то будто исповедь смотрите . Холодность родителей , поиск бога , тот момент когда ты стучишь во все двери ища Его. А потом резко понимаешь что все лицимерие , блеф и пускание пыли в глаза. Поиск себя как в Персоне . Все это проскальзывает в этой книге где шепот сливается с криком израненной и измученной души Творца кино.

"У нас его никто не понимает", - так сказал самый шведистый из всех шведов, которых я только знал. А знал я, поверьте, многих шведов. Что подтверждает "простую" истину: скорее всего, не существует избранных народов, если и есть кто-то избранный, то вот так, штучно раскиданные по миру.

Бергман, чей отец в свободное время совершенствовался в синтаксисе иврита, был избранным. Вне всякого сомнения. Блин, просто гений.

Воспоминания его, Laterna Magica, так ведь даже здесь не мог, как все нормальные мемуаристы, идти протоптанной, утоптанной до бетонной твердости дорожке. Нет, не мог. Пошел по своей. С двадцатью шестью остановками. Остановки - не хронологические вехи "большого пути", нет. Этапные в осмыслении мира и себя в нём. Причем, Мастер сделал это фантастическим образом: он уничтожил время в своих мемуарах, растопив его в смыслах событий, ставших для него этапами. Я никогда не читал подобных мемуаров, стилистически, композиционно выстроенных как бы шиворот навыворот, но потрясающе органично.

На самом деле здесь можно было бы и закончить отзыв. Потому что небольшой, но МОЙ, именно МОЙ круг читателей моих текстов, уже заинтересовался в той или иной степени книжкой, а другим - и не надо, блин, на самом деле для избранных. Не от гордыни: "для избранных", просто здесь как в жизни: истины должны открываться человеку тогда, когда он готов их открыть для себя. О Бергмане, самого Бергмана нужно открывать когда ты взрослый не только календарно.

Ещё. Сумрачный шведский на этот раз, гений своими картинами, как и своей книжкой, говорит четко по-русски: нет внутреннего конфликта - нет искусства, нет творца, нет творчества. Потому что нет движка. И я не дофамине. Нет энергии конфликта, сублимирующегося во что-то стоящее (у абсолютного большинства "человеков" подобный конфликт сублимируется в себя же любимого, родного и вечно повторяющегося. Собственно, гениальность находки Бергмана в вечном двигателе своего творчества и его источнике. Вечный конфликт - это вечный источник творческого вдохновения и творческих же идей.

Книжка разделена на главы, без названий, без оглавления: нужно - сами найдете, потрудитесь понять автора, начав хотя бы с поиска. Да ни фига не найдешь, читай - и обрящешь. Главы начинаются таким стилизованным под начало киносъёмки кружком, внутри которого по мере приближения начало съёмки появляются циферки. Чувство, знаешь, читатель, какое чувство возникает? Непрерывности. Потока жизни, мысли и произведений. Непрерывный поток, разделенный такими вот стилизованными кружками. Начала новой главы-этапа понимания нового смысла.

Богатство творческого наследия - да, ёлы-палы, с ума сойти. Что-то там больше сорока фильмов, сколько-то театральных постановок, чего-то ещё. Глубина. "Лето с Моникой", фильм 1953, самый ранний из просмотренных. Тридцать пять....не сказать, что очень молодой режиссер. Это его, кажется, третий или четвертый фильм. И здесь уже всё видно, что будет дальше, всё видно. Кстати, рекомендую посмотреть и этот,и более ранние хотя бы из-за знакомства с тем, как они жили там, соседи через море, как одевались, какую мебель и машины пользовали.

Всё ли так превосходно-эстетично? Нет, слава Тебе, Господи. А то какой-то совсем противно-правильный получился бы автор. Прочтите его откровенные и искренние воспоминания о нацистской Германии, его отношению к известному персонажу. А самое, знаете, такое, задевающее: автор пишет, вспоминает рассказы немецкой баронессы или что-то около того, о насилии, творимом известными солдатами известной страны, пришедшими на земли, где я имел честь родиться. между прочим. Такой,знаете, рассказ нормального, обиженного шведского обывателя, рассерженного вынужденной паузой в прослушивании какой-то фуги Баха по причине прибытия этих самых солдат. Из этой, не самой, как бы "цивилизованной" страны. К слову, ну, просто к слову: кому война, кому мать родная: поставки железной руды из этой самой нейтральной страны Европы шли непрерывным потоком всю войну. Ну, ничего личного, так, защита цивилизации от варварства. Но, повторюсь: это по-честному, открытым сердцем. А заблуждения....так и на Солнце есть пятна. Даже это, даже это про то, что автор - живой человек и гениальный творец.

Мой родной читатель, ты же веришь, что куча выписок, куча подчеркнутых страниц, куча заметок на полях. Но это тоже - как всегда: только своё переживание прочитанного самое правильное, самое убедительное и интересное. Очень рекомендую, очень-очень рекомендую.

Я ведь о фильмах ничего не сказал. Как Бергман так, по-своему разбирается с "женской" темой. Кого-то вспоминает только именем. Имя - и всё. Ну, или несколько строчек из 350 страниц. Не густо. Но женщин любил. И не странной, нормальной, то есть невротической любовью. Куча детей, до кучи так сказать.

Да, фильмы. И здесь всё по-своему, и здесь всё не так, как спел бы Владимир Семенович. Ведь как ушёл! "Фанни и Александр" - шедевр. 82 или 83 года....то есть Бергману где-то 65. Но какая художественная мощь, какая мощь! И очередной "Оскар" - безоговорочный. Так вот. В конце творческой жизни как бы по умолчанию...ну, все всё понимают, автор кончился и прочее. А здесь - миллиард идей, сил - да ещё наклепать детей легко. А вот говорит себе и миру: всё, хорош! Пора на Форё.

Мой читатель, с глубоким уважением к тебе и с любовью: займись Бергманом, займись. Он очень и очень стоит того.

Существуют по меньшей мере две вещи, о которых я могу говорить бесконечно - это книги Достоевского и фильмы Бергмана. Для многих достаточно скучные темы. Бергмана я обожаю. Я смотрела практически все его фильмы, некоторые не раз и не два. И вот теперь мне довелось встретиться с ним, как с человеком.

Книга меня потрясла. И не в положительном смысле. Бергман в ней предельно откровенен, и откровенность эта относится ко всем тем неблаговидным поступкам, которые он когда-то совершал. Маленький мальчик в семье пастора воспитывался строгими методами. Его и брата не всегда били, хотя случалось. Однажды брату так исполосовали спину, что он встать не мог. И за волосы таскали. Но чаще всего наказывали психологически - не разговаривали по несколько дней с провинившимся и запирали его в тёмной кладовке. Когда Ингмар писался в штаны (а был он очень болезненным ребёнком), на него надевали красную юбку, и в таком виде он весь день и ходил.

Сам мальчик производит ужасное впечатление. Он лжив и лицемерен. Когда родилась младшая сестра, то он из ревности решил её задушить. Не получилось чисто случайно. Это он бегал за одноклассником с ножом только потому, что тот насмехался над ним. Позже одноклассник умрёт из-за болезни, и Ингмар будет очень рад этому. Он также будет надеяться, что умрёт его брат, заболевший скарлатиной, и оставит ему комнату. Брат выздоровел, и какое же это было горе! Но есть в книге и светлые моменты. В основном, связанные с бабушкой. Это она читала с ним книги, придумывала интересные истории, выслушивала и поддерживала во всём.

Про фильмы в книге мало рассказано. В основном о работе в театре. Но и из описания жизни можно понять, откуда появились сценарии к его фильмам. Холодность и равнодушие матери - это несомненно "Осенняя соната". Взаимоотношения со строгим отцом - "Фанни и Александр". В "Молчании" мальчика наряжают в платьица карлики, как и самого Ингмара наряжали в юбку. И в "Причастии" есть отец в виде потерявшего веру пастора. Трилогия веры ("Сквозь тёмное стекло", "Причастие", "Молчание") - это поиск Бога в безбожном мире. Были бы сняты эти фильмы, живи Бергман в другой семье? Обрядовость и лицемерие в семье пастора привели его к подобным размышлениям.

"Laterna magica" - это история человека не вполне психически здорового, неоднозначного и, честно говоря, неприятного. Бергман открылся для меня не с лучшей своей стороны. Ну, что ж. Фильмы его я любить не перестану, а прочитать его автобиографию просто необходимо, чтобы чуть лучше понимать что и почему он снимал.

«Я сделал несколько сомнительных по качеству фильмов» (С.266) – цитата из книги Бергмана, – это гениально. Великий режиссер, снявший фильмы: «Земляничная поляна», «Седьмая печать», «Девичий источник» и другие, таким образом, искренне отзывается о некоторых своих картинах. Тем самым он демонстрирует свою самокритичность и профессионализм, хочется воскликнуть: «Браво Ингмар Бергман!». Так как в сегодняшнем Хаусе посредственности, который касается любого вида современного искусства, в частности кино. Новомодные режиссеры утверждают, что их, по-настоящему абсурдные и не несущие никакой смысловой нагрузки фильмы, очень глубоки и гениальны, а зритель просто пока не созрел для их понимания. Как же не хватает поистине гениальных людей искусства сегодня, к коим с уверенностью можно причислить шведского режиссера Ингмара Бергмана.
Его первые и самые глубокие впечатления, конечно уходят в детство – это аппарат для проекции изображений «Laterna Magica» – вещь, благодаря которой мир заполучил гениального режиссера. «И тут я повернул ручку (это невозможно объяснить, у меня не хватает слов, чтобы описать мое возбуждение, в любой момент я могу вызвать в памяти запах нагретого металла, перебивавшего запах пыли и средства от моли, прикосновение ручки к ладони, дрожащий прямоугольник на стене)» (С.26). Изначально он получил не только зрительные впечатления, но также тактильные и атмосферные, родилось какое-то волшебство, которое загипнотизировало его на всю оставшуюся жизнь. Именно из-за таких тактильных и атмосферных ощущений я думаю, следующее поколение совершенно разлюбит литературу, так как электронная читалка не обладает той аурой приватности, которая дарит нам книга, они все унифицированы. У нее нет различных видов обложки, переплета, бумаги, а главное запаха, она не дает читателю акта уединения и интимности, которую дарит бумажная книга, но что-то я отвлекся… Ингмар Бергман – это настоящий фанат своего дела, который продумывал в своих фильмах все до мелочей, ритм, сюжет и монтаж начинались у него уже в момент написания сценария к фильму, но он также не был чужд случайным эмоциям, появлявшимся на съемочных площадках, даже наоборот, придавал им высшую ценность. Так как эта эмоция рождалась именно в здесь и сейчас, а через мгновение уже исчезала, но камер все-таки успевала ее запечатлеть. «Иной раз профессия кинорежиссера доставляет особенное счастье. В какой-то миг на лице артиста появляется неотрепетированное выражение, и камера запечатлевает его.[…] И тогда мне кажется, что дни и месяцы предугадываемой скрупулёзности не пропали даром. Быть может, я и живу ради вот таких кратких мгновений. Как ловец жемчуга» (С.81). Ну конечно, лично для меня, как поклоннику творчества А. Тарковского бесценен отзыв о нем от Бергмана. «Фильм, если это не документ, – сон, греза. Поэтому Тарковский – самый великий из всех. Для него сновидения самоочевидны, он ничего не объясняет, да что, кстати сказать, ему объяснять? Он – ясновидец, сумевший воплотить свои видения в наиболее трудоемком и в тоже время наиболее податливом жанре искусства» (С.90). Более меткого выражения о творчестве А. Тарковского мне слышать не удавалось.
Я умышленно не говорил о содержании книги в своей рецензии, так как с творчеством великого режиссера интересней будет ознакомиться самостоятельно. Но будьте готовы, он написал откровенную и очень открытую книгу, без прикрас и лукавства, Бергман не стал превозносить себя как жаждущую и необычную творческую личность. Нет, он написал искреннюю биографию о себе, простом человеке с присущими ему пороками и недостатками, но человека, который в своем творчестве выродился в бессмертный вариант простого человека, то есть гения.

Шведский режиссер театра и кино в настоящей автобиографии приоткроет завесу своей жизни и своих мыслей. Ингмар Бергман снял аж 67 фильмов, по праву став одним из величайших режиссеров, повлиявших на кинематограф.
⠀
В отличии от Феллини, Бергман был еще тем ценителем кино: с детства он болел страстью к кинотеатрам и театрам, обожал ставить пьесы для круга семьи. Одним словом, с ранних лет было ясно кем станет мальчик.
⠀
Ингмар Бергман рос в семье пастора, что наложило отпечаток как на него самого, так и на его творчество. Откройте любой фильм режиссера, там вы будете наблюдать темы религии, духовности, семьи и семейных ценностей (если это можно так назвать).
⠀
Семья — это еще одна огромная тема в творчестве Бергмана. У него были очень сложные отношения с отцом и с матерью, мальчик был совсем не тем, кем нужно. Будучи сыном пастора, он ощущал какие надежды возлагаются на его плечи. Конечно, отец-пастор не мог радоваться тому, что Бергман стал режиссером.
⠀
Бергман был очень неприятным человеком, который бросал своих жен и своих детей (у него было 8 детей!). Творец постоянно испытывал симпатии к женщинам, бросая очередную жену и детей, делая новых для новой жены. Вечный круговорот жен и беременностей. К слову, сам режиссер не скрывал того, что был еще тем уродом, признаваясь, что ему стыдно за того молодого себя.
⠀
Режиссер обладал нелегким характером во всех направлениях. Читая все то, что он написал, мне было немного не по себе: как же относиться теперь к одному из своих любимых деятелей культуры? Видя все его отношение к актерам, которые играли у него, к продюсерам, к остальным, возникал тот самый вопрос. Если Бергману отказывали в какой-то сделке, он тут же отказывал человеку в ответ, несмотря даже на то, что они близкие друзья.
⠀
Бергман очень любил Тарковского, Феллини (с которым они часто виделись, но Феллини ощущал какое-то ревностное отношение). У Бергмана были проблемы с законом, были проблемы с деньгами и с фильмами. Иногда ему не доверяли, но тут он выпускал фильм, который покорил весь мир, что снова поднимало его на пьедестал.
⠀
Хоть Бергман так открыто представил себя миру, рассказав о себе без купюр, мое отношение к нему не изменилось. Конечно, фильмы я буду смотреть уже с иными мыслями, но это и хорошо: теперь я лучше знаю их автора.
Да, Ингмар Бергман был ужасным отцом и мужем, не самым добрым другом, но он стал лучшим в другом: в кино.

Книга-откровение шведского режиссёра, который не побоялся рассказать о своей жизни так, как было на самом деле.

"Холодное" детство, навсегда оставившее след в душе, непринятие себя и страх, страсть и воля к жизни, искусству. Взлёты и падения, столкновения с реальностью.

Одна из моих любимых биографий. Ингмар Бергман как будто берёт тебя за руку и ведёт по лабиринтам своей жизни, показывая её с разных сторон, не без эмоциональной окраски.

Как известно, в каждом кино заложена частичка личности автора, его взгляды, ощущения и чувства. Если хочется углубиться в смыслы фильмов Бергмана, узнать чуть больше, то книга выступит своеобразным путеводителем в Мир Бергмана.

С другой стороны, я считаю, что читать чью-либо биографию нужно по-любви. Если при просмотре фильма не возникло "то самое чувство", то и от прочтения не стоит ожидать каких-либо "вау".

Поэтично, страстно, беспощадно откровенно... Отрывки из детства как картины из фильмов Тарковского. Деспотичный отец, служащий лютеранским пастором. Сын, рано осознавший своё неверие в Бога. Старший брат, постоянно издевающийся над младшим. Тётя Анна, купающаяся голой с девятилетним мальчиком... Рядом с пасторским домом приютилось строение морга, в котором мальчик вдруг оказывается наедине с несколькими трупами, захлопнулась дверь... Пять браков и девять детей... Однажды, после очередного развода и с новой супругой на сносях, он оказывается перед неразрешимой проблемой — надо содержать три семьи и выплачивать алименты. Гениальный, пышущий творческими идеями, самый успешный шведский режиссёр, всю жизнь боровшийся со своими демонами, с болезнями и страстями...
⠀

⠀
Ингмар Бергман, «Laterna Magica», издательство АСТ
В название своей автобиографии автор вывел "волшебный фонарь" — аппарат для проекции изображений, предтеча кинопроектора и важная веха в истории кинематографа. Брату Дагу подарили этот аппарат, а девятилетний Ингмар предложил взамен свою коллекцию оловянных солдатиков. С этого начался путь Бергмана в искусстве, а потом — театральные поставновки, сценарии, театральная и кинорежиссура, работа в различных театрах Швеции, Германии, Великобритании, Дании, Норвегии..., наконец руководство Королевским драматическим театром (Драматен). Успехи и провалы, интриги, влюблённости, скандалы, небывалый успех, уголовное дело из-за налоговой махинации и отъезд из Швеции... Бергман всегда выходил победителем из творческих, финансовых и личных кризисов, но чего ему это стоило?
⠀

⠀
Воспоминания, ощущения, мельчайшие детали из запахов, оттенков, настроений... Здесь переплелось исповедальное слово мастера с анализом творческих вех, очень личное и интимное — с предельно откровенным, зачастую нелицеприятным... В этой книге мало о фильмах и актëрах, много — о самом себе, о детстве, о творчестве, о жизни и о театре.
⠀
Огромный почитатель Стриндберга и благосклонно относившийся к Тарковскому, Ингмар Бергман через всё творчество пронёс трепетное отношение к слову, к деталям, к мелочам... Он учился у Торстена Хаммарена, возглавлявшего Городской театр Гётеборга, и у родоначальника шведского кинематографа Виктора Шёстрёма. Он сам стал родоначальником собственного стиля в кино. Его фильмы вошли в мировой кинематограф, а в Оксфордском словаре английского языка (2018) появилось производное от его имени, прилагательное "Bergmanesque".
⠀

⠀
Я же мечтаю побывать на шведском острове Форё, в небольшом доме Бергмана, куда он скрылся вместе с новой любовью Лив Ульман в 1965 году после затяжного воспаления лёгких и съёмок такой успешной камерной картины «Персона»... Где он и скончался во сне на 90-м году жизни 30 июля 2007 (кстати, умер в один день с другим гениальным режиссёром Микеланджело Антониони).
⠀

⠀
Прекрасная автобиография, прочитанная на одном дыхании!

Бергман

Вся эта книга напомнила мне один непрекращающийся путанный кошмар. Может быть, потому, что я оказалась к ней абсолютно неподготовленной: к своему стыду, я смотрела всего один фильм Бергмана, и тот "Стыд" - очень тяжелый фильм про человеческие отношения в военное время, а об остальном творчестве и жизни имела весьма смутные представления. Уже одно это должно было меня насторожить, но я даже не думала, что в моей горячо любимой такой респектабельной и бесконечно мирной Швеции могут твориться такие страсти, какие описаны в книге. Жизнь Бергмана поистине наполнена кошмарами, подчас надуманными, подчас реальными, но всегда трогающими за душу. Его театральный и киношный мир наполнен такими интригами, склоками, скандалами, трудностями и подчас мерзостями, что подчас удивляешься, как можно так жить в такой среде и в таком окружении и не сойти с ума окончательно. Всю свою жизнь он борется с разными демонами - страха, подозрительности, тоски, бешенства, ревности, которые портили ему жизнь и отношения с людьми, но одновременно были и движущей силой его творчества.
Книга будет безусловно интересна поклонникам творчества Бергмана, кино или театра.

Воспоминания знаменитого шведского режиссёра очень физиологичны. Сопли, слюни, пот, моча, понос – всё смачно и подробно. Уродливость девочки, с которой у Бергмана были первые интимные отношения, описывается с каким-то упоением. Как и то, что его слабоумный добрый дядя мочился в штаны. Это отталкивает. Откровенность не шокирует, но заставляет задуматься.
Бергман не боится предстать в неприглядном свете. В детстве он едва не задушил сестру и радовался смерти одноклассника; врал, фантазировал. Затхлая атмосфера родительского дома этому способствовала. Я видела три или четыре фильма Бергмана, но очевидно, что холодность матери отразилась в «Осенней сонате», а строгость отца в «Фанни и Александре». Повзрослев, Ингмар много пил, чересчур увлекался женщинами, распускал руки, орал. При этом на репетициях в театре был чётким, сдержанным и собранным, чтобы не допустить катастрофы на сцене. Взаимоотношения с театром – самая интересная часть книги. Мне понравилась такая мысль: